Поминки
Ни тучки, ни ветра, и поле молчит. Горячее солнце и жжет и палит, И, пылью покрытая, будто мертва, Стоит неподвижно под зноем трава, И слышится только в молчании дня Веселых кузнечиков звон-трескотня. Средь чистого поля конь-пахарь лежит; На трупе коня ворон черный сидит, Кровавый свой клюв поднимает порой И каркает, будто вещун роковой. Эх, конь безответный, слуга мужика, Была твоя служба верна и крепка! Побои и голод — ты всё выносил И дух свой на папгае1 в сохе испустил. Мужик горемычный рукою махнул, И снял с него кожу, и молча вздохнул, Вздохнул и заплакал: «Ништо, моей не впрок!..» И кожу сырую в кабак поволок. И пел он там песни, свистал соловьем: «Пускай пропадает! Гори всё огнем!» Со смехом народ головами качал: «Гляди, мол, ребята! Он ум потерял — Со зла свое сердце гульбой веселит, По мертвой скотине поминки творит».
Похожие по настроению
В убогом рубище, недвижна и мертва
Алексей Апухтин
Честь имею донести Вашему Высокоблагородию, что в огоро- дах мещанки Ефимовой найдено мертвое тело.(Из полицейского рапорта)В убогом рубище, недвижна и мертва, Она покоилась среди пустого поля. К бревну прислонена, лежала голова. Какая выпала вчера ей злая доля? Зашиб ли хмель ее среди вечерней тьмы, Испуганный ли вор хватил ее в смятеньи, Недуг ли поразил,- еще не знали мы И уловить в лице старались выраженье. Но веяло оно покоем неземным; Народ стоял кругом, как бы дивяся чуду, И каждый клал свой грош в одну большую груду, И деньги сыпались к устам ее немым. Вчера их вымолить она бы не сумела… Да, эти щедрые и поздние гроши, Что, может быть, спасли б нуждавшееся тело, Народ охотнее бросает для души. — Был чудный вешний день. По кочкам зеленели Побеги свежие рождавшейся травы, И дети бегали, и жаворонки пели… Прохладный ветерок, вкруг мертвой головы Космами жидкими волос ее играя, Казалось, лепетал о счастье и весне, И небо синее в прозрачной вышине Смеялось над землей, как эпиграмма злая!
Отпевание
Андрей Белый
Лежу в цветах онемелых, Пунцовых,— В гиацинтах розовых и лиловых, И белых.Без слов Вознес мой друг —Меж искристых блесток Парчи —Малиновый пук Цветов —В жестокий блеск Свечи.Приходите, гостьи и гости,— Прошепчите «О боже», Оставляя в прихожейЗонты и трости:Вот — мои кости…Чтоб услышать мне смех истерический, Возложите венок металлический!Отпевание, рыдания В сквозных, в янтарных лучах:До свидания — В местах, Где нет ни болезни, ни воздыхания!Дьякон крякнул, Кадилом звякнул:«Упокой, господи, душу усопшего раба твоего…»Вокруг — Невеста, любовница, друг И цветов малиновый пук,А со мной — никого, Ничего.Сквозь горсти цветов онемелых, Пунцовых — Савана лопасти — Из гиацинтов лиловых И белых — Плещут в загробные пропасти.
Поминки
Гавриил Романович Державин
Победительница смертных, Не имея сил терпеть Красоты побед несметных, Поразила Майну — смерть. Возрыдали вкруг эроты, Всплакал, возрыдал и я; Музы, зря на мрачны ноты, Пели гимн ей, — и моя Горесть повторяла лира. Убежала радость прочь, Прелести сокрылись мира, Тишина и черна ночь Скутали мой дом в запоны. От земли и от небес Слышны эха только стоны; Плачем мы — и плачет лес; Воем мы — и воют горы. Плач сей был бы без конца, Если б алый луч Авроры, Бог, что светит муз в сердца, Не предстал и мне сияньем Не влиял утехи в грудь. «Помяни, — рек, — возлияньем Доблесть — и покоен будь». Взял я урну и росами Чистыми, будто кристалл, Полну наточил слезами, Гроб облив, поцеловал. И из праха возникают Се три розы, сплетшись в куст, Веселят, благоухают, Разгоняют мрачну грусть.
Пустошь
Иван Алексеевич Бунин
Мир вам, в земле почившие!— За садом Погост рабов, погост дворовых наших: Две десятины пустоши, волнистой От бугорков могильных. Ни креста, Ни деревца. Местами уцелели Лишь каменные плиты, да и то Изъеденные временем, как оспой… Теперь их скоро выберут — и будут Выпахивать то пористые кости, То суздальские черные иконки.Мир вам, давно забытые!— Кто знает Их имена простые? Жили — в страхе, В безвестности — почили. Иногда В селе ковали цепи, засекали, На поселенье гнали. Но стихал Однообразный бабий плач — и снова Шли дни труда, покорности и страха… Теперь от этой жизни уцелели Лишь каменные плиты. А пройдет Железный плуг — и пустошь всколосится Густою рожью. Кости удобряют…Мир вам, неотомщенные!— Свидетель Великого и подлого, бессильный Свидетель зверств, расстрелов, пыток, казней, Я, чье чело отмечено навеки Клеймом раба, невольника, холопа, Я говорю почившим: «Спите, спите! Не вы одни страдали: внуки ваших Владык и повелителей испили Не меньше вас из горькой чаши рабства!»
Похороны
Иван Саввич Никитин
Парчой покрытая гробница, Над нею пышный балдахин, Вокруг задумчивые лица И факелов огонь и дым, Святых молитв напев печальный — Вот все, чем жизнь заключена! И эта жизнь покрыта тайной, Завеса смертью спущена…Теперь скажи мне, сын свободы, Зачем страдал, зачем ты жил? Отведена царю природы Сажень земли между могил.Молчат в тебе любовь и злоба, Надежды гордые молчат… Зачем ты жил, усопший брат?.. Стучит земля по крышке гроба, И, чуждый горя и забот, Глядит бессмысленно народ.
Тихо тощая лошадка
Иван Суриков
Тихо тощая лошадка По пути бредет; Гроб, рогожею покрытый, На санях везет.На санях в худой шубенке Мужичок сидит; Понукает он лошадку, На нее кричит.На лице его суровом Налегла печаль, И жену свою, голубку, Крепко ему жаль.Спит в гробу его подруга, Верная жена, — В час родов, от тяжкой муки, Умерла онаИ покинула на мужа Пятерых сирот; Кто-то их теперь обмоет? Кто-то обошьет?Вот пред ним мосток, часовня, Вот и божий храм, — И жену свою, голубку, Он оставит там.Долго станут плакать дети, Ждать и кликать мать; Не придет она с погоста Слезы их унять.
Чапаевские поминки
Михаил Зенкевич
Куда ты дивизию свою завел, Эй, Чапаев! Далеко залетел ты, красный орел, Железными когтями добычу цапая. Смотри, как бы в тальнике, В камышах, на приволье кладбищенском Не разбили себе чугунные лбы Советские броневики На привале под Лбищенском… С Яика, гикая, налетели лавой, Пики у стариков болтаются сбоку, Под метлами бород образки на груди, Шашками машут над головой. В панике сонные обозы сгрудились… С лезвий стекает кровища По бородам на серебряные образки… Утро, калмыцкими глазками смейся, Красные, трахомные лучи раскинь, На трупные поленницы красноармейцев… «За власть советов… Все, как один, умрем». Подхватил и оборвал напев запевала… Искали товарищей, и от крови рвало, Копали могилы, в степь грозя кулаком. Как Ермак, в студеной воде утопая, Сгинул в побоище ночном Чапаев, Но зато, оправившись от заминки, Справили чапаевцы по нем поминки… Закрома, ометы, гурты — начисто. Словно тому назад лет сто Степь гола — ни двора, ни кола. Вылетайте уток бить, сокола. Плещись, осетр! Скачи, сайгак! Никто не сбирает с вас ясак. От безумия голодом исцелена, Под полынью иссохнувшая целина Ждет, когда в тундры ковыльного мха Врежутся тракторов лемеха!
На кладбище
Николай Михайлович Рубцов
Неужели одна суета Был мятеж героических сил И забвением рухнут лета На сиротские звезды могил? Сталин что-то по пьянке сказал — И раздался винтовочный залп! Сталин что-то с похмелья сказал — Гимны пел митингующий зал! Сталин умер. Его уже нет. Что же делать — себе говорю,— Чтоб над родиной жидкий рассвет Стал похож на большую зарю? Я пойду по угрюмой тропе, Чтоб запомнить рыданье пурги И рожденные в долгой борьбе Сиротливые звезды могил. Я пойду поклониться полям… Может, лучше не думать про все, А уйти, из берданки паля, На охоту в окрестности сел…
Поминки
Сергей Александрович Есенин
Заслонили ветлы сиротливо Косниками мертвые жилища. Словно снег, белеется коливо — На помин небесным птахам пища. Тащат галки рис с могилок постный, Вяжут нищие над сумками бечевки. Причитают матери и крёстны, Голосят невесты и золовки. По камням, над толстым слоем пыли, Вьется хмель, запутанный и клейкий. Длинный поп в худой епитрахили Подбирает черные копейки. Под черед за скромным подаяньем Ищут странницы отпетую могилу. И поет дьячок за поминаньем: «Раб усопших, Господи, помилуй».
Поминки
Юрий Иосифович Визбор
— Ну вот и поминки за нашим столом. — Ты знаешь, приятель, давай о другом. — Давай, если хочешь. Красивый закат. — Закат то, что надо, красивый закат. — А как на работе? — Нормально пока. — А правда, как горы, стоят облака? — Действительно, горы. Как сказочный сон. — А сколько он падал? — Там метров шестьсот. — А что ты глядишь там? — Картинки гляжу. — А что ты там шепчешь? — Я песню твержу. — Ту самую песню? — Какую ж ещё… Ту самую песню, про слёзы со щек. — Так как же нам жить? Проклинать ли Кавказ? И верить ли в счастье? — Ты знаешь — я пас. Лишь сердце прижало кинжалом к скале… — Так выпьем, пожалуй… — Пожалуй, налей…
Другие стихи этого автора
Всего: 202Обличитель чужого разврата…
Иван Саввич Никитин
Обличитель чужого разврата, Проповедник святой чистоты, Ты, что камень на падшего брата Поднимаешь, — сойди с высоты! Уж не первый в величье суровом, Враг неправды и лени тупой, Как гроза, своим огненным словом Ты царишь над послушной толпой. Дышит речь твоя жаркой любовью, Без конца ты готов говорить, И подумаешь, собственной кровью Счастье ближнему рад ты купить. Что ж ты сделал для края родного, Бескорыстный мудрец-гражданин? Укажи, где для дела благого Потерял ты хоть волос один! Твоя жизнь, как и наша, бесплодна, Лицемерна, пуста и пошла… Ты не понял печали народной,. Не оплакал ты горького зла. Нищий духом и словом богатый, Понаслышке о всем ты поешь И бесстыдно похвал ждешь, как платы За свою всенародную ложь. Будь ты проклято, праздное слово! Будь ты проклята, мертвая лень! Покажись с твоей жизнию новой, Темноту прогоняющий день! Перед нами — немые могилы, Позади — одна горечь потерь… На тебя, на твои только силы, Молодежь, вся надежда теперь. Много поту тобою прольется И, быть может, в глуши, без следов, Очистительных жертв принесется В искупленье отцовских грехов. Нелегка твоя будет дорога, Но иди — не погибнет твой труд. Знамя чести и истины строгой Только крепкие в бурю несут. Бесконечное мысли движенье, Царство разума, правды святой — Вот прямое твое назначенье, Добрый подвиг на почве родной!
Разговоры
Иван Саввич Никитин
Новой жизни заря — И тепло и светло; О добре говорим, Негодуем на зло. За родимый наш край Наше сердце болит; За прожитые дни Мучит совесть и стыд. Что нам цвесть не дает, Держит рост молодой, — Так и сбросил бы с плеч Этот хлам вековой! Где ж вы, слуги добра? Выходите вперед! Подавайте пример! Поучайте народ! Наш разумный порыв, Нашу честную речь Надо в кровь претворить, Надо плотью облечь, Как поверить словам — По часам мы растем! Закричат: «Помоги!» — Через пропасть шагнем! В нас душа горяча, Наша воля крепка, И печаль за других — Глубока, глубока!.. А приходит пора Добрый подвиг начать, Так нам жаль с головы Волосок потерять: Тут раздумье и лень, Тут нас робость возьмет. А слова… на словах Соколиный полет!..
Ночь на берегу моря
Иван Саввич Никитин
В зеркало влаги холодной Месяц спокойно глядит И над землёю безмолвной Тихо плывёт и горит. Лёгкою дымкой тумана Ясный одет небосклон; Светлая грудь океана Дышит как будто сквозь сон. Медленно, ровно качаясь, В гавани спят корабли; Берег, в воде отражаясь, Смутно мелькает вдали. Смолкла дневная тревога… Полный торжественных дум, Видит присутствие Бога В этом молчании ум.
Соха
Иван Саввич Никитин
Ты, соха ли, наша матушка, Горькой бедности помощница, Неизменная кормилица, Вековечная работница! По твоей ли, соха, милости С хлебом гумны пораздвинуты, Сыты злые, сыты добрые, По полям ковры раскинуты! Про тебя и вспомнить некому… Что ж молчишь ты, бесприветная, Что не в славу тебе труд идет, Не в честь служба безответная?.. Ах, крепка, не знает устали Мужичка рука железная, И покоит соху-матушку Одна ноченька беззвездная! На меже трава зеленая, Полынь дикая качается; Не твоя ли доля горькая В ее соке отзывается? Уж и кем же ты придумана, К делу навеки приставлена? Кормишь малого и старого, Сиротой сама оставлена…
В чистом поле тень шагает
Иван Саввич Никитин
В чистом поле тень шагает, Песня из лесу несётся, Лист зелёный задевает, Жёлтый колос окликает, За курганом отдаётся. За курганом, за холмами, Дым-туман стоит над нивой, Свет мигает полосами, Зорька тучек рукавами Закрывается стыдливо. Рожь да лес, зари сиянье, — Дума Бог весть где летает… Смутно листьев очертанье, Ветерок сдержал дыханье, Только молния сверкает.
Помнишь
Иван Саввич Никитин
Помнишь? — с алыми краями Тучки в озере играли; Шапки на ухо, верхами Ребятишки в лес скакали. Табуном своим покинут, Конь в воде остановился И, как будто опрокинут, Недвижим в ней отразился. При заре румяный колос Сквозь дремоту улыбался; Лес синел. Кукушки голос В сонной чаще раздавался. По поляне перед нами, Что ни шаг, цветы пестрели, Тень бродила за кустами, Краски вечера бледнели… Трепет сердца, упоенье, — Вам в слова не воплотиться! Помнишь?.. Чудные мгновенья! Суждено ль им повториться?
Живая речь, живые звуки…
Иван Саввич Никитин
Живая речь, живые звуки, Зачем вам чужды плоть и кровь? Я в вас облек бы сердца муки — Мою печаль, мою любовь. В груди огонь, в душе смятенье И подавленной страсти стон, А ваше мерное теченье Наводит скуку или сон… Так, недоступно и незримо, В нас зреет чувство иногда, И остается навсегда Загадкою неразрешимой, Как мученик, проживший век, Нам с детства близкий человек.
В темной чаще замолк соловей…
Иван Саввич Никитин
В темной чаще замолк соловей, Прокатилась звезда в синеве; Месяц смотрит сквозь сетку ветвей, Зажигает росу на траве. Дремлют розы. Прохлада плывет. Кто-то свистнул… Вот замер и свист. Ухо слышит, — едва упадет Насекомым подточенный лист. Как при месяце кроток и тих У тебя милый очерк лица! Эту ночь, полный грез золотых, Я б продлил без конца, без конца!
Прохладно
Иван Саввич Никитин
Прохладно. Все окна открыты. В душистый и сумрачный сад. В пруде горят звезды. Ракиты Над гладью хрустальною спят. Певучие звуки рояли То стихнут, то вновь потекут; С утра соловьи не смолкали В саду — и теперь все поют. Поник я в тоске головою, Под песни душа замерла… Затем, что под кровлей чужою Минутное счастье нашла…
Встреча зимы
Иван Саввич Никитин
Поутру вчера дождь В стекла окон стучал, Над землею туман Облаками вставал. Веял холод в лицо От угрюмых небес, И, Бог знает о чем, Плакал сумрачный лес. В полдень дождь перестал, И, что белый пушок, На осеннюю грязь Начал падать снежок. Ночь прошла. Рассвело. Нет нигде облачка. Воздух легок и чист, И замерзла река. На дворах и домах Снег лежит полотном И от солнца блестит Разноцветным огнем. На безлюдный простор Побелевших полей Смотрит весело лес Из-под черных кудрей, Словно рад он чему, — И на ветках берез, Как алмазы, горят Капли сдержанных слез. Здравствуй, гостья-зима! Просим милости к нам Песни севера петь По лесам и степям. Есть раздолье у нас, — Где угодно гуляй; Строй мосты по рекам И ковры расстилай. Нам не стать привыкать, — Пусть мороз твой трещит: Наша русская кровь На морозе горит! Искони уж таков Православный народ: Летом, смотришь, жара — В полушубке идет; Жгучий холод пахнул — Всё равно для него: По колени в снегу, Говорит: «Ничего!» В чистом поле метель И крутит, и мутит, — Наш степной мужичок Едет в санках, кряхтит: «Ну, соколики, ну! Выносите, дружки!» Сам сидит и поет: «Не белы-то снежки!..» Да и нам ли подчас Смерть не встретить шутя, Если к бурям у нас Привыкает дитя? Когда мать в колыбель На ночь сына кладет, Под окном для него Песни вьюга поет. И разгул непогод С ранних лет ему люб, И растет богатырь, Что под бурями дуб. Рассыпай же, зима, До весны золотой Серебро по полям Нашей Руси святой! И случится ли, к нам Гость незваный придет И за наше добро С нами спор заведет — Уж прими ты его На сторонке чужой, Хмельный пир приготовь, Гостю песню пропой; Для постели ему Белый пух припаси И метелью засыпь Его след на Руси!
Утро
Иван Саввич Никитин
Звёзды меркнут и гаснут. В огне облака. Белый пар по лугам расстилается. По зеркальной воде, по кудрям лозняка От зари алый свет разливается. Дремлет чуткий камыш. Тишь — безлюдье вокруг. Чуть приметна тропинка росистая. Куст заденешь плечом — на лицо тебе вдруг С листьев брызнет роса серебристая. Потянул ветерок, воду морщит-рябит. Пронеслись утки с шумом и скрылися. Далеко-далеко колокольчик звенит. Рыбаки в шалаше пробудилися, Сняли сети с шестов, вёсла к лодкам несут… А восток всё горит-разгорается. Птички солнышка ждут, птички песни поют, И стоит себе лес, улыбается. Вот и солнце встаёт, из-за пашен блестит, За морями ночлег свой покинуло, На поля, на луга, на макушки ракит Золотыми потоками хлынуло. Едет пахарь с сохой, едет — песню поёт; По плечу молодцу всё тяжёлое… Не боли ты, душа! отдохни от забот! Здравствуй, солнце да утро весёлое!
Здравствуй, гостья-зима
Иван Саввич Никитин
Здравствуй, гостья-зима! Просим милости к нам Песни севера петь По лесам и степям. Есть раздолье у нас – Где угодно гуляй; Строй мосты по рекам И ковры расстилай. Нам не стать привыкать, – Пусть мороз твой трещит: Наша русская кровь На морозе горит!