Минуты счастья
Не там отрадно счастье веет, Где шум и царство суеты: Там сердце скоро холодеет И блекнут яркие мечты. Но вечер тихий, образ нежный И речи долгие в тиши О всем, что будит ум мятежный И струны спящие души, О, вот они, минуты счастья, Когда, как зорька в небесах, Блеснет внезапно луч участья В чужих внимательных очах, Когда любви горячей слово Растет на сердце как напев, И с языка слететь готово, И замирает, не слетев…
Похожие по настроению
Минуты счастья
Алексей Апухтин
Не там отрадно счастье веет, Где шум и царство суеты: Там сердце скоро холодеет И блекнут яркие мечты.Но вечер тихий, образ нежный И речи долгие в тиши О всем, что будит ум мятежный И струны спящие души, -О, вот они, минуты счастья, Когда, как зорька в небесах, Блеснет внезапно луч участья В чужих внимательных очах, Когда любви горячей слово Растет на сердце как напев, И с языка слететь готово, И замирает, не слетев…
Ou est le bonheur
Алексей Апухтин
Ami, ne cherchez pas dans les plaisirs frivoles Le bonheur eternel, que vous revez souvent, Le bruit lui est odieux, il vous quitte et s’envole, Comme un bouquet fane emporte par le vent.Mais quand vous passerez une longue soiree Dans un modeste coin loin du monde banal, Cherchez dans les regards d’une image adoree, Ce reve poursuivi, ce bonheur ideal.Ne les pressez done pas ces doux moments d’ivresse, Buvez avidement le langage cheri, Parlez a votre tour, parlez, parlez sans cesse De tout ce qui amuse ou tourmente l’esprit.Et vous serez heureux, lorsque dans sa prunelle Attachee sur vous un eclair incertain Brillera un moment et comme un etincelle Dans son regard pensif disparaftra soudain,Lorsqu’un sublime mot plein de feu et de fievre, Le mot d’amour divin meconnu ici-bas Sortira de votre ame et brfllera vos levres, Et que pourtant, ami, vous ne le dt’rez pas.Друг, не ищите в суетных удовольствиях Вечного счастья, о котором вы часто мечтаете, — Ему постыл шум, оно вас покидает и улетает, Как увядший букет, унесенный ветром.Но когда вы проведете долгий вечер В укромном уголке вдали от пошлого света, Ищите во взглядах обожаемого лица Преследующую (вас) мечту, идеальное счастье.Не торопите эти сладостные моменты опьянения, Впитывайте жадно драгоценную речь, Говорите, в свою очередь, говорите, говорите беспрестанно Обо всем, что радует или терзает ум.И вы будете счастливы, когда в его взгляде, Обращенном к вам, проблеск смутный Сверкнет вдруг и, как искра, В его задумчивом взгляде вдруг исчезнет,Когда поразительное слово, полное огня и страсти, Слово божественной любви, неизвестное здесь, Покинет вашу душу и будет жечь ваши уста, Но которое, впрочем, друг, вы не выскажете.
Бывают дивные мгновенья
Федор Сологуб
Бывают дивные мгновенья, Когда насквозь озарено Блаженным светом вдохновенья Всё, так знакомое давно.Всё то, что сила заблужденья Всегда являла мне чужим, В блаженном свете вдохновенья Опять является моим.Смиряются мои стремленья, Мои безбурны небеса, В блаженном свете вдохновенья Какая радость и краса!
Стоило ли этого счастье безрассудное
Георгий Иванов
Стоило ли этого счастье безрассудное Все-таки возможное? О, конечно, да Птицей улетевшее в небо изумрудное, Где переливается вечерняя звезда.Будьте легкомысленней, будьте легковернее. Если вам не спится — выдумывайте сны. Будьте, если можете, как звезда вечерняя Так же упоительны, так же холодны.
Что счастье?
Иннокентий Анненский
Что счастье? Чад безумной речи? Одна минута на пути, Где с поцелуем жадной встречи Слилось неслышное «прости»? Или оно в дожде осеннем? В возврате дня? В смыканьи вежд? В благах, которых мы не ценим За неприглядность их одежд? Ты говоришь… Вот счастья бьется К цветку прильнувшее крыло, Но миг — и ввысь оно взовьется Невозвратимо и светло. А сердцу, может быть, милей Высокомерие сознанья, Милее мука, если в ней Есть тонкий яд воспоминанья.
Отравленное счастье
Иннокентий Анненский
Зачем загадывать, мечтать о дне грядущем, Когда день нынешний так светел и хорош? Зачем твердить всегда в унынии гнетущем, Что счастье ветрено, что счастья не вернешь? Пускай мне суждены мучения разлуки И одиночества томительные дни — Сегодня я с тобой, твои целую руки, И ночь тиха, и мы одни. О, если бы я мог, хоть в эту ночь немую, Забыться в грезах золотых И всё прошедшее, как ношу роковую, Сложить у милых ног твоих. Но сердце робкое, привыкшее бояться, Не оживет в роскошном сне, Не верит счастию, не смеет забываться И речи скорбные нашептывает мне. Когда я удалюсь, исполненный смущенья, И отзвучат шаги мои едва, Ты вспомнишь, может быть, с улыбкою сомненья Мои тревожные моленья, Мои горячие и нежные слова. Когда враги мои холодною толпою Начнут меня язвить и их услышишь ты, Ты равнодушною поникнешь головою И замолчишь пред наглою враждою, Пред голосом нелепой клеветы. Когда в сырой земле я буду спать глубоко, Бессилен, недвижим и всеми позабыт, — Моей могилы одинокой Твоя слеза не оросит. И, может быть, в минуту злую, Когда мечты твои в прошедшее уйдут, Мою любовь, всю жизнь мою былую Ты призовешь на строгий суд, — О, в этот страшный час тревоги, заблужденья, Томившие когда-то эту грудь, Мои невольные, бессильные паденья Ты мне прости и позабудь. Пойми тогда, хоть с поздним сожаленьем, Что в мире том, где друг твой жил, Никто тебя с таким самозабвеньем, С таким страданьем не любил.
Ou est le bonheur
Иннокентий Анненский
МИНУТЫ СЧАСТЬЯAmi, ne cherchez pas dans les plaisirs frivoles Le bonheur eternel, que vous revez souvent, Le bruit lui est odieux, il vous quitte et s’envole, Comme un bouquet fane emporte par le vent.Mais quand vous passerez une longue soiree Dans un modeste coin loin du monde banal, Cherchez dans les regards d’une image adoree, Ce reve poursuivi, ce bonheur ideal.Ne les pressez done pas ces doux moments d’ivresse, Buvez avidement le langage cheri, Parlez a votre tour, parlez, parlez sans cesse De tout ce qui amuse ou tourmente l’esprit.Et vous serez heureux, lorsque dans sa prunelle Attachee sur vous un eclair incertain Brillera un moment et comme un etincelle Dans son regard pensif disparaftra soudain,Lorsqu’un sublime mot plein de feu et de fievre, Le mot d’amour divin meconnu ici-bas Sortira de votre ame et brfllera vos levres, Et que pourtant, ami, vous ne le dt’rez pas.14 octobre 1865В ЧЕМ СЧАСТЬЕДруг, не ищите в суетных удовольствиях Вечного счастья, о котором вы часто мечтаете, — Ему постыл шум, оно вас покидает и улетает, Как увядший букет, унесенный ветром.Но когда вы проведете долгий вечер В укромном уголке вдали от пошлого света, Ищите во взглядах обожаемого лица Преследующую (вас) мечту, идеальное счастье.Не торопите эти сладостные моменты опьянения, Впитывайте жадно драгоценную речь, Говорите, в свою очередь, говорите, говорите беспрестанно Обо всем, что радует или терзает ум.И вы будете счастливы, когда в его взгляде, Обращенном к вам, проблеск смутный Сверкнет вдруг и, как искра, В его задумчивом взгляде вдруг исчезнет,Когда поразительное слово, полное огня и страсти, Слово божественной любви, неизвестное здесь, Покинет вашу душу и будет жечь ваши уста, Но которое, впрочем, друг, вы не выскажете.
Другие стихи этого автора
Всего: 5428
Иннокентий Анненский
Девиз Таинственной похож На опрокинутое 8: Она - отраднейшая ложь Из всех, что мы в сознаньи носим. В кругу эмалевых минут Ее свершаются обеты, А в сумрак звездами блеснут Иль ветром полночи пропеты. Но где светил погасших лик Остановил для нас теченье, Там Бесконечность - только миг, Дробимый молнией мученья. В качестве загл. - математический знак бесконечности. В кругу эмалевых минут Имеется в виду эмалевый циферблат часов.
Братские могилы
Иннокентий Анненский
Волны тяжки и свинцовы, Кажет темным белый камень, И кует земле оковы Позабытый небом пламень.Облака повисли с высей, Помутнелы — ослабелы, Точно кисти в кипарисе Над могилой сизо-белы.Воздух мягкий, но без силы, Ели, мшистые каменья… Это — братские могилы, И полней уж нет забвенья.
Тоска белого камня
Иннокентий Анненский
Камни млеют в истоме, Люди залиты светом, Есть ли города летом Вид постыло-знакомей?В трафарете готовом Он — узор на посуде… И не все ли равно вам: Камни там или люди?Сбита в белые камни Нищетой бледнолицей, Эта одурь была мне Колыбелью-темницей.Коль она не мелькает Безотрадно и чадно, Так, давя вас, смыкает, И уходишь так жадноВ лиловатость отсветов С высей бледно-безбрежных На две цепи букетов Возле плит белоснежных.Так, устав от узора, Я мечтой замираю В белом глянце фарфора С ободочком по краю.
Там
Иннокентий Анненский
Ровно в полночь гонг унылый Свел их тени в черной зале, Где белел Эрот бескрылый Меж искусственных азалий.Там, качаяся, лампады Пламя трепетное лили, Душным ладаном услады Там кадили чаши лилий.Тварь единая живая Там тянула к брашну жало, Там отрава огневая В клубки медные бежала.На оскала смех застылый Тени ночи наползали, Бесконечный и унылый Длился ужин в черной зале.
Старые эстонки
Иннокентий Анненский
Из стихов кошмарной совестиЕсли ночи тюремны и глухи, Если сны паутинны и тонки, Так и знай, что уж близко старухи, Из-под Ревеля близко эстонки. Вот вошли,- приседают так строго, Не уйти мне от долгого плена, Их одежда темна и убога, И в котомке у каждой полено. Знаю, завтра от тягостной жути Буду сам на себя непохожим… Сколько раз я просил их: «Забудьте…» И читал их немое: «Не можем». Как земля, эти лица не скажут, Что в сердцах похоронено веры… Не глядят на меня — только вяжут Свой чулок бесконечный и серый. Но учтивы — столпились в сторонке… Да не бойся: присядь на кровати… Только тут не ошибка ль, эстонки? Есть куда же меня виноватей. Но пришли, так давайте калякать, Не часы ж, не умеем мы тикать. Может быть, вы хотели б поплакать? Так тихонько, неслышно… похныкать? Иль от ветру глаза ваши пухлы, Точно почки берез на могилах… Вы молчите, печальные куклы, Сыновей ваших… я ж не казнил их… Я, напротив, я очень жалел их, Прочитав в сердобольных газетах, Про себя я молился за смелых, И священник был в ярких глазетах. Затрясли головами эстонки. «Ты жалел их… На что ж твоя жалость, Если пальцы руки твоей тонки, И ни разу она не сжималась? Спите крепко, палач с палачихой! Улыбайтесь друг другу любовней! Ты ж, о нежный, ты кроткий, ты тихий, В целом мире тебя нет виновней! Добродетель… Твою добродетель Мы ослепли вязавши, а вяжем… Погоди — вот накопится петель, Так словечко придумаем, скажем…» Сон всегда отпускался мне скупо, И мои паутины так тонки… Но как это печально… и глупо… Неотвязные эти чухонки…
Старая шарманка
Иннокентий Анненский
Небо нас совсем свело с ума: То огнём, то снегом нас слепило, И, ощерясь, зверем отступила За апрель упрямая зима. Чуть на миг сомлеет в забытьи — Уж опять на брови шлем надвинут, И под наст ушедшие ручьи, Не допев, умолкнут и застынут. Но забыто прошлое давно, Шумен сад, а камень бел и гулок, И глядит раскрытое окно, Как трава одела закоулок. Лишь шарманку старую знобит, И она в закатном мленьи мая Всё никак не смелет злых обид, Цепкий вал кружа и нажимая. И никак, цепляясь, не поймёт Этот вал, что ни к чему работа, Что обида старости растёт На шипах от муки поворота. Но когда б и понял старый вал, Что такая им с шарманкой участь, Разве б петь, кружась, он перестал Оттого, что петь нельзя, не мучась?..
Сиреневая мгла
Иннокентий Анненский
Наша улица снегами залегла, По снегам бежит сиреневая мгла.Мимоходом только глянула в окно, И я понял, что люблю её давно.Я молил её, сиреневую мглу: «Погости-побудь со мной в моём углу,Не мою тоску ты давнюю развей, Поделись со мной, желанная, своей!»Но лишь издали услышал я в ответ: «Если любишь, так и сам отыщешь след.Где над омутом синеет тонкий лёд, Там часочек погощу я, кончив лёт,А у печки-то никто нас не видал… Только те мои, кто волен да удал».
Среди миров
Иннокентий Анненский
Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя… Не потому, чтоб я Ее любил, А потому, что я томлюсь с другими. И если мне сомненье тяжело, Я у Нее одной ищу ответа, Не потому, что от Нее светло, А потому, что с Ней не надо света.
Стальная цикада
Иннокентий Анненский
Я знал, что она вернется И будет со мной — Тоска. Звякнет и запахнется С дверью часовщика… Сердца стального трепет Со стрекотаньем крыл Сцепит и вновь расцепит Тот, кто ей дверь открыл… Жадным крылом цикады Нетерпеливо бьют: Счастью ль, что близко, рады, Муки ль конец зовут?.. Столько сказать им надо, Так далеко уйти… Розно, увы! цикада, Наши лежат пути. Здесь мы с тобой лишь чудо, Жить нам с тобою теперь Только минуту — покуда Не распахнулась дверь… Звякнет и запахнется, И будешь ты так далека… Молча сейчас вернется И будет со мной — Тоска.
Старая усадьба
Иннокентий Анненский
Сердце дома. Сердце радо. А чему? Тени дома? Тени сада? Не пойму.Сад старинный, всё осины — тощи, страх! Дом — руины… Тины, тины что в прудах…Что утрат-то!… Брат на брата… Что обид!… Прах и гнилость… Накренилось… А стоит…Чье жилище? Пепелище?… Угол чей? Мертвой нищей логовище без печей…Ну как встанет, ну как глянет из окна: «Взять не можешь, а тревожишь, старина!Ишь затейник! Ишь забавник! Что за прыть! Любит древних, любит давних ворошить…Не сфальшивишь, так иди уж: у меня Не в окошке, так из кошки два огня.Дам и брашна — волчьих ягод, белены… Только страшно — месяц за год у луны…Столько вышек, столько лестниц — двери нет… Встанет месяц, глянет месяц — где твой след?..»Тсс… ни слова… даль былого — но сквозь дым Мутно зрима… Мимо… мимо… И к живым!Иль истомы сердцу надо моему? Тени дома? Шума сада?.. Не пойму…
Сонет
Иннокентий Анненский
Когда весь день свои костры Июль палит над рожью спелой, Не свежий лес с своей капеллой, Нас тешат: демонской игры За тучей разом потемнелой Раскатно-гулкие шары; И то оранжевый, то белый Лишь миг живущие миры; И цвета старого червонца Пары сгоняющее солнце С небес омыто-голубых. И для ожившего дыханья Возможность пить благоуханья Из чаши ливней золотых.
Солнечный сонет
Иннокентий Анненский
Под стоны тяжкие метели Я думал — ночи нет конца: Таких порывов не терпели Наш дуб и тополь месяца.Но солнце брызнуло с постели Снопом огня и багреца, И вмиг у моря просветлели Морщины древнего лица…И пусть, как ночью, ветер рыщет, И так же рвет, и так же свищет,— Уж он не в гневе божество.Кошмары ночи так далеки, Что пыльный хищник на припеке — Шалун и больше ничего.