Народный суд
Я чувствую, близится судное время: Бездушье мы духом своим победим, И в сердце России пред странами всеми Народом народ будет грозно судим. И спросят избранники — русские люди — У всех обвиняемых русских людей, За что умертвили они в самосуде Цвет яркий культуры отчизны своей. Зачем православные Бога забыли, Зачем шли на брата, рубя и разя… И скажут они: «Мы обмануты были, Мы верили в то, во что верить нельзя…» И судьи умолкнут с печалью любовной, Поверив себя в неизбежный черед, И спросят: «Но кто же зачиншик виновный?» И будет ответ: «Виноват весь народ. Он думал о счастье отчизны родимой, Он шел на жестокость во имя Любви…» И судьи воскликнут: «Народ подсудимый! Ты нам не подсуден: мы — братья твои! Мы — часть твоя, плоть твоя, кровь твоя, грешный, Наивный, стремящийся вечно вперед, Взыскующий Бога в Европе кромешной, — Счастливый в несчастье, великий народ!»
Похожие по настроению
Суд
Алексей Толстой
Как лежу, я, молодец, под Сарынь-горою, А ногами резвыми у Усы-реки… Придавили груди мне крышкой гробовою, Заковали рученьки в медные замки. Каждой темной полночью приползают змеи, Припадают к векам мне и сосут до дня… А и землю-матушку я просить не смею – Отогнать змеенышей и принять меня. Лишь тогда, как исстари, от Москвы Престольной До степного Яика грянет мой Ясак – Поднимусь я, старчище, вольный иль невольный, И пойду по водам я – матерой казак. Две змеи заклятые к векам присосутся, И за мной потянутся черной полосой… По горам, над реками города займутся И година лютая будет мне сестрой. Пронесутся знаменья красными столпами; По земле протянется огневая вервь; И придут Алаписы с песьими главами, И в полях младенчики поползут, как червь. Задымятся кровию все леса и реки; На проклятых торжищах сотворится блуд… Мне тогда змееныши приподнимут веки… И узнают Разина. И настанет суд.
Без вины виноватый
Андрей Дементьев
Ему предложили покинуть Лукавую нашу страну. Он думал: «Уж лучше погибнуть, Пускай за чужую вину… Но я не хочу, чтобы люди Поверили гнусной молве. Я совести только подсуден. Не злобе, не лжи, не мольбе. По жизни я был независим. Не прятал от правды глаза. Теперь отовсюду я выслан… Из честности выслать нельзя. Уж лучше пойду я на нары, Пускай на виду у страны. Ведь был бы отъезд, как подарок Врагам… И признаньем вины. Но я не пляшу под их дудку. Всевышний рассудит наш спор. Хоть кто-то взбешен не на шутку, Что шел я наперекор. А судьям в родном государстве По совести жить не дадут. Тут каждый под властью распластан. А значит, не честен их суд.»
Правосудие
Гавриил Романович Державин
Итак стоишь ты твердо в том: Умершие, что с нами жили И в жизни сей несытым ртом Благ чашу незаконно пили, По смерти могут избежать, Чтобы пред Божий суд не стать? Нет! знай, что Правосудья око, Хоть бодрствует меж звезд высоко, Но от небес и в бездны зрит: Тех милует, а тех казнит И здесь, в сей жизни скоротечной, И там, и там, по смерти, в вечной. Двояк за мрачным гробом путь, Которым злые и благие Пред Вседержителя идут. О! верно так. А если б злые И добрые все равну часть Могли в награду принимать, И всех земное б заключало Их недро в равну, вечну тьму: Ах! что бы, человек, мешало Тогда злодейству твоему? Грабь, разоряй, режь, ставь правдивость В ничто, и совесть и стыдливость: Ты можешь все, вся тварь твоя… Нет, стой! Есть Бог, есть Вседержитель, Живых и мертвых есть судья, Есть наших тайных дел ценитель; При имени Его одном Трясет всю поднебесну гром. Боюся я Его прещенья; Благоговею перед Ним. Из одного долготерпенья Он счастье, славу дням твоим И продолжение дарует, Страшись, когда вознегодует!
Моему народу
Игорь Северянин
Народ оцарен! Царь низложен! Свободно слово и печать! Язык остер, как меч без ножен! Жизнь новую пора начать!Себя царями осознали Еще недавние рабы: Разбили вздорные скрижали Веленьем солнечной судьбы!Ты, единенье, — златосила, Тобою свергнут строй гнилой! Долой, что было зло и хило! Долой позорное! Долой!Долой вчерашняя явь злая: Вся гнусь! Вся низость! Вся лукавь! Долой эпоха Николая! Да здравствует иная явь!Да здравствует народ весенний, Который вдруг себя обрел! Перед тобой клоню колени, Народ-поэт! Народ-орел!
Праздником праздник
Иннокентий Анненский
Торжественный гул не смолкает в Кремле, Кадила дымятся, проносится стройное пенье… Как будто на мертвой земле Свершается вновь Воскресенье! Народные волны ликуют, куда-то спеша… Зачем в этот час меня горькая мысль одолела? Под гнетом усталого, слабого тела Тебе не воскреснуть, разбитая жизнью душа! Напрасно рвалася ты к свету и жаждала воли; Конец недалек: ты, как прежде, во тьме и в пыли; Житейские дрязги тебя искололи, Тяжелые думы тебя извели; И вот, утомясь, исстрадавшись без меры, Позорно сдалась ты гнетущей судьбе… И нет в тебе теплого места для веры, И нет для безверия силы в тебе!Начало 1870-х годов
Судный день
Иван Алексеевич Бунин
В щит золотой, висящий у престола, Копьём ударит ангел Израфил — И саранчой вдоль сумрачного дола Мы потечём из треснувших могил. Щит загудит — и Ты восстанешь, Боже, И тень Твоя падёт на судный дол, И будет твердь подобна красной коже, Повергнутой кожевником в рассол.
Народ
Марина Ивановна Цветаева
Его и пуля не берет, И песня не берет! Так и стою, раскрывши рот: «Народ! Какой народ!» Народ — такой, что и поэт — Глашатай всех широт,— Что и поэт, раскрывши рот, Стоит: такой народ! Когда ни сила не берет, Ни дара благодать,— Измором взять такой народ? Гранит — измором взять! (Сидит — и камешек гранит, И грамотку хранит… В твоей груди зарыт — горит!— Гранат, творит — магнит.) …Что радий из своей груди Достал и подал: вот! Живым — Европы посреди — Зарыть такой народ? Бог! Если ты и сам — такой, Народ моей любви Не со святыми упокой — С живыми оживи!
Судный день
Николай Степанович Гумилев
В. И. ИвановуРаскроется серебряная книга, Пылающая магия полудней, И станет храмом брошенная рига, Где, нищий, я дремал во мраке будней.Священных схим озлобленный расстрига, Я принял мир и горестный, и трудный, Но тяжкая на грудь легла верига, Я вижу свет… то День подходит Судный.Не смирну, не бдолах, не кость слоновью — Я приношу зовущему пророку Багряный ток из виноградин сердца.И он во мне поймет единоверца, Залитого, как он, во славу Року Блаженно-расточаемою кровью.
Судный час
Юлия Друнина
Покрывается сердце инеем — Очень холодно в судный час… А у вас глаза как у инока — Я таких не встречала глаз. Ухожу, нету сил. Лишь издали (Все ж крещеная!) Помолюсь За таких вот, как вы, — За избранных Удержать над обрывом Русь. Но боюсь, что и вы бессильны. Потому выбираю смерть. Как летит под откос Россия, Не могу, не хочу смотреть!
Божий суд
Зинаида Николаевна Гиппиус
Это, братцы, война не военная, Это, други, Господний наказ. Наша родина, горькая, пленная, Стонет, молит защиты у нас. Тем зверьем, что зовутся «товарищи», Изничтожена наша земля. Села наши — не села, пожарищи, Опустели родные поля. Плачут дети, томясь в испытании И от голода еле дыша, Неужель на такие страдания Не откликнется наша душа? Мы ль не слышим, что совестью велено? Мы ль не двинемся все, как один, Не покажем Бронштейну да Ленину, Кто на русской земле господин? Самодержцы трусливые, куцые, Да погибнут под нашим огнем! Знамя новой, святой революции В землю русскую мы понесем. Слава всем, кто с душой неизменною В помощь Родине ныне идут. Это, други, война не военная, Это Божий свершается суд.
Другие стихи этого автора
Всего: 1460К воскресенью
Игорь Северянин
Идут в Эстляндии бои, — Грохочут бешено снаряды, Проходят дикие отряды, Вторгаясь в грустные мои Мечты, вершащие обряды. От нескончаемой вражды Политиканствующих партий Я изнемог; ищу на карте Спокойный угол: лик Нужды Еще уродливей в азарте. Спаси меня, Великий Бог, От этих страшных потрясений, Чтоб в благостной весенней сени Я отдохнуть немного мог, Поверив в чудо воскресений. Воскресни в мире, тихий мир! Любовь к нему, в сердцах воскресни! Искусство, расцвети чудесней, Чем в дни былые! Ты, строй лир, Бряцай нам радостные песни!
Кавказская рондель
Игорь Северянин
Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем. Моя любимая, разделим Свою любовь, как розы — в вазе… Ты чувствуешь, как в этой фразе Насыщены все звуки хмелем? Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем.
Она, никем не заменимая
Игорь Северянин
Посв. Ф.М.Л. Она, никем не заменимая, Она, никем не превзойденная, Так неразлюбчиво-любимая, Так неразборчиво влюбленная, Она вся свежесть призаливная, Она, моряна с далей севера, Как диво истинное, дивная, Меня избрав, в меня поверила. И обязала необязанно Своею верою восторженной, Чтоб все душой ей было сказано, Отторгнувшею и отторженной. И оттого лишь к ней коронная Во мне любовь неопалимая, К ней, кто никем не превзойденная, К ней, кто никем не заменимая!
Январь
Игорь Северянин
Январь, старик в державном сане, Садится в ветровые сани, — И устремляется олень, Воздушней вальсовых касаний И упоительней, чем лень. Его разбег направлен к дебрям, Где режет он дорогу вепрям, Где глухо бродит пегий лось, Где быть поэту довелось… Чем выше кнут, — тем бег проворней, Тем бег резвее; все узорней Пушистых кружев серебро. А сколько визга, сколько скрипа! То дуб повалится, то липа — Как обнаженное ребро. Он любит, этот царь-гуляка, С душой надменного поляка, Разгульно-дикую езду… Пусть душу грех влечет к продаже: Всех разжигает старец, — даже Небес полярную звезду!
Странно
Игорь Северянин
Мы живём, точно в сне неразгаданном, На одной из удобных планет… Много есть, чего вовсе не надо нам, А того, что нам хочется, нет...
Поэза о солнце, в душе восходящем
Игорь Северянин
В моей душе восходит солнце, Гоня невзгодную зиму. В экстазе идолопоклонца Молюсь таланту своему.В его лучах легко и просто Вступаю в жизнь, как в листный сад. Я улыбаюсь, как подросток, Приемлю все, всему я рад.Ах, для меня, для беззаконца, Один действителен закон — В моей душе восходит солнце, И я лучиться обречен!
Горький
Игорь Северянин
Талант смеялся… Бирюзовый штиль, Сияющий прозрачностью зеркальной, Сменялся в нём вспенённостью сверкальной, Морской травой и солью пахнул стиль.Сласть слёз солёных знала Изергиль, И сладость волн солёных впита Мальвой. Под каждой кофточкой, под каждой тальмой — Цветов сердец зиждительная пыль.Всю жизнь ничьих сокровищ не наследник, Живописал высокий исповедник Души, смотря на мир не свысока.Прислушайтесь: в Сорренто, как на Капри, Ещё хрустальные сочатся капли Ключистого таланта босяка.
Деревня спит. Оснеженные крыши
Игорь Северянин
Деревня спит. Оснеженные крыши — Развёрнутые флаги перемирья. Всё тихо так, что быть не может тише.В сухих кустах рисуется сатирья Угрозья головы. Блестят полозья Вверх перевёрнутых саней. В надмирьеЛетит душа. Исполнен ум безгрезья.
Не более, чем сон
Игорь Северянин
Мне удивительный вчера приснился сон: Я ехал с девушкой, стихи читавшей Блока. Лошадка тихо шла. Шуршало колесо. И слёзы капали. И вился русый локон. И больше ничего мой сон не содержал... Но, потрясённый им, взволнованный глубоко, Весь день я думаю, встревоженно дрожа, О странной девушке, не позабывшей Блока...
Поэза сострадания
Игорь Северянин
Жалейте каждого больного Всем сердцем, всей своей душой, И не считайте за чужого, Какой бы ни был он чужой. Пусть к вам потянется калека, Как к доброй матери — дитя; Пусть в человеке человека Увидит, сердцем к вам летя. И, обнадежив безнадежность, Все возлюбя и все простив, Такую проявите нежность, Чтоб умирающий стал жив! И будет радостна вам снова Вся эта грустная земля… Жалейте каждого больного, Ему сочувственно внемля.
Nocturne (Струи лунные)
Игорь Северянин
Струи лунные, Среброструнные, Поэтичные, Грустью нежные, — Словно сказка вы Льётесь, ласковы, Мелодичные Безмятежные.Бледно-палевы, Вдруг упали вы С неба синего; Льётесь струями Со святынь его Поцелуями. Скорбь сияния… Свет страдания…Лейтесь, вечные, Бесприютные — Как сердечные Слезы жаркие!.. Вы, бескровные, Лейтесь ровные, — Счастьем мутные, Горем яркие…
На смерть Блока
Игорь Северянин
Мгновенья высокой красы! — Совсем незнакомый, чужой, В одиннадцатом году, Прислал мне «Ночные часы». Я надпись его приведу: «Поэту с открытой душой». Десятый кончается год С тех пор. Мы не сблизились с ним. Встречаясь, друг к другу не шли: Не стужа ль безгранных высот Смущала поэта земли?.. Но дух его свято храним Раздвоенным духом моим. Теперь пережить мне дано Кончину еще одного Собрата-гиганта. О, Русь Согбенная! горбь, еще горбь Болящую спину. Кого Теряешь ты ныне? Боюсь, Не слишком ли многое? Но Удел твой — победная скорбь. Пусть варваром Запад зовет Ему непосильный Восток! Пусть смотрит с презреньем в лорнет На русскую душу: глубок Страданьем очищенный взлет, Какого у Запада нет. Вселенную, знайте, спасет Наш варварский русский Восток!