Грациоза
Дмитрию Крючкову. Я нежно хотел бы уснуть, Уснуть, — не проснуться… Далеко-далеко уйти, Уйти, — не вернуться… Хотел бы ее целовать, Почти не целуя: Словами, ведь, грубо сказать, Как тонко люблю я… Ни страсти хочу, ни огня, И боли слиянья, Чтоб телом к ней в тело войти, Войти без страданья… Хочу я не тела ее, Но лишь через тело Прочувствовать душу могу Всецело…
Похожие по настроению
Сероглазочка
Александр Николаевич Вертинский
Я люблю Вас, моя сероглазочка, Золотая ошибка моя! Вы — вечерняя жуткая сказочка, Вы — цветок из картины Гойя. Я люблю Ваши пальцы старинные Католических строгих мадонн, Ваши волосы сказочно-длинные И надменно-ленивый поклон. Я люблю Ваши руки усталые, Как у только что снятых с креста, Ваши детские губы коралловые И углы оскорбленного рта. Я люблю этот блеск интонации, Этот голос — звенящий хрусталь, И головку цветущей акации, И в словах голубую вуаль. Так естественно, просто и ласково Вы, какую-то месть затая, Мою душу опутали сказкою, Сумасшедшею сказкой Гойя... Под напев Ваших слов летаргических Умереть так легко и тепло. В этой сказке смешной и трагической И конец, и начало светло...
Мила, как грация, скромна…
Евгений Абрамович Боратынский
Мила, как грация, скромна, Как Сандрильона; Подобно ей, красой она Достойна трона. Приятна лира ей моя; Но что мне в этом? Быть королем желал бы я, А не поэтом.
Элементарная соната
Игорь Северянин
О, милая, как я печалюсь! о, милая, как я тоскую! Мне хочется тебя увидеть — печальную и голубую…Мне хочется тебя услышать, печальная и голубая, Мне хочется тебя коснуться, любимая и дорогая!Я чувствую, как угасаю, и близится мое молчанье; Я чувствую, что скоро — скоро окончится мое страданье…Но, .господи! с какою скорбью забуду я свое мученье! Но, господи! с какою болью познаю я свое забвенье!Мне кажется, гораздо лучше надеяться, хоть безнадёжно, Чем мертвому, в немом безгрезье, покоиться бесстрастно — нежно… О, призраки надежды — странной — и сладостной, и страстно- больной, О, светлые, не покидайте мечтателя с душою знойной!Не надо же тебя мне видеть, любимая и дорогая… Не надо же тебя мне слышать, печальная и голубая…Ах, встречею боюсь рассеять желанное свое страданье, — Увидимся — оно исчезнет: чудесное — лишь в ожиданьи…Но все-таки свиданье лучше, чем вечное к нему стремленье, Но все-таки биенье мига прекраснее веков забвенья!..
Фантазия
Игорь Северянин
Был взгляд ее надменен И черен, как порок. Я знал, что слаб и пленен, Когда скрипел порог. Бывало: вечер сонен, Вуалится туман, Я вижу облик Сонин, Неясный, как обман. Придет и сядет: «Здравствуй». Угрюм я: «В чем нужда?» — О, милый, не коварствуй, Что я тебе чужда. Невольная улыбка Раскружит губы мне, Мечта нырнет, как рыбка, В сердечной глубине. А дева сладострастно Прижмется — и возьмет, Но как — и мне неясно… Кто знает? кто поймет?
Гризель
Игорь Северянин
Победой гордый, юнью дерзкий, С усладой славы в голове, Я вдохновенно сел в курьерский, Спеша в столицу на Неве. Кончалась страстная Страстная — Вся в персиках и в кизиле. Дорога скалово-лесная Извивно рельсилась в тепле. Я вспоминал рукоплесканья, Цветы в шампанском и в устах, И, полная златошампанья, Душа звенела на крылах. От Кутаиса до Тифлиса Настанет день, когда в тоннель Как в некий передар Ивлиса Вступает лунный Лионель. Но только пройдено предгорье, И Лионель — уже Ифрит! О, безбережное лазорье! Душа парит! паря, творит! Подходит юная, чужая Извечно-близкая в толпе; Сердцам разрывом угрожая, Мы вовлекаемся в купэ… Сродненные мильоннолетье И незнакомые вчера, Мы двое созидаем третье Во славу моего пера. О, с ликом мумии, с устами Изнежно-мертвыми! газель! Благослови меня мечтами, Моя смертельная Гризель!
Другие стихи этого автора
Всего: 1460К воскресенью
Игорь Северянин
Идут в Эстляндии бои, — Грохочут бешено снаряды, Проходят дикие отряды, Вторгаясь в грустные мои Мечты, вершащие обряды. От нескончаемой вражды Политиканствующих партий Я изнемог; ищу на карте Спокойный угол: лик Нужды Еще уродливей в азарте. Спаси меня, Великий Бог, От этих страшных потрясений, Чтоб в благостной весенней сени Я отдохнуть немного мог, Поверив в чудо воскресений. Воскресни в мире, тихий мир! Любовь к нему, в сердцах воскресни! Искусство, расцвети чудесней, Чем в дни былые! Ты, строй лир, Бряцай нам радостные песни!
Кавказская рондель
Игорь Северянин
Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем. Моя любимая, разделим Свою любовь, как розы — в вазе… Ты чувствуешь, как в этой фразе Насыщены все звуки хмелем? Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем.
Она, никем не заменимая
Игорь Северянин
Посв. Ф.М.Л. Она, никем не заменимая, Она, никем не превзойденная, Так неразлюбчиво-любимая, Так неразборчиво влюбленная, Она вся свежесть призаливная, Она, моряна с далей севера, Как диво истинное, дивная, Меня избрав, в меня поверила. И обязала необязанно Своею верою восторженной, Чтоб все душой ей было сказано, Отторгнувшею и отторженной. И оттого лишь к ней коронная Во мне любовь неопалимая, К ней, кто никем не превзойденная, К ней, кто никем не заменимая!
Январь
Игорь Северянин
Январь, старик в державном сане, Садится в ветровые сани, — И устремляется олень, Воздушней вальсовых касаний И упоительней, чем лень. Его разбег направлен к дебрям, Где режет он дорогу вепрям, Где глухо бродит пегий лось, Где быть поэту довелось… Чем выше кнут, — тем бег проворней, Тем бег резвее; все узорней Пушистых кружев серебро. А сколько визга, сколько скрипа! То дуб повалится, то липа — Как обнаженное ребро. Он любит, этот царь-гуляка, С душой надменного поляка, Разгульно-дикую езду… Пусть душу грех влечет к продаже: Всех разжигает старец, — даже Небес полярную звезду!
Странно
Игорь Северянин
Мы живём, точно в сне неразгаданном, На одной из удобных планет… Много есть, чего вовсе не надо нам, А того, что нам хочется, нет...
Поэза о солнце, в душе восходящем
Игорь Северянин
В моей душе восходит солнце, Гоня невзгодную зиму. В экстазе идолопоклонца Молюсь таланту своему.В его лучах легко и просто Вступаю в жизнь, как в листный сад. Я улыбаюсь, как подросток, Приемлю все, всему я рад.Ах, для меня, для беззаконца, Один действителен закон — В моей душе восходит солнце, И я лучиться обречен!
Горький
Игорь Северянин
Талант смеялся… Бирюзовый штиль, Сияющий прозрачностью зеркальной, Сменялся в нём вспенённостью сверкальной, Морской травой и солью пахнул стиль.Сласть слёз солёных знала Изергиль, И сладость волн солёных впита Мальвой. Под каждой кофточкой, под каждой тальмой — Цветов сердец зиждительная пыль.Всю жизнь ничьих сокровищ не наследник, Живописал высокий исповедник Души, смотря на мир не свысока.Прислушайтесь: в Сорренто, как на Капри, Ещё хрустальные сочатся капли Ключистого таланта босяка.
Деревня спит. Оснеженные крыши
Игорь Северянин
Деревня спит. Оснеженные крыши — Развёрнутые флаги перемирья. Всё тихо так, что быть не может тише.В сухих кустах рисуется сатирья Угрозья головы. Блестят полозья Вверх перевёрнутых саней. В надмирьеЛетит душа. Исполнен ум безгрезья.
Не более, чем сон
Игорь Северянин
Мне удивительный вчера приснился сон: Я ехал с девушкой, стихи читавшей Блока. Лошадка тихо шла. Шуршало колесо. И слёзы капали. И вился русый локон. И больше ничего мой сон не содержал... Но, потрясённый им, взволнованный глубоко, Весь день я думаю, встревоженно дрожа, О странной девушке, не позабывшей Блока...
Поэза сострадания
Игорь Северянин
Жалейте каждого больного Всем сердцем, всей своей душой, И не считайте за чужого, Какой бы ни был он чужой. Пусть к вам потянется калека, Как к доброй матери — дитя; Пусть в человеке человека Увидит, сердцем к вам летя. И, обнадежив безнадежность, Все возлюбя и все простив, Такую проявите нежность, Чтоб умирающий стал жив! И будет радостна вам снова Вся эта грустная земля… Жалейте каждого больного, Ему сочувственно внемля.
Nocturne (Струи лунные)
Игорь Северянин
Струи лунные, Среброструнные, Поэтичные, Грустью нежные, — Словно сказка вы Льётесь, ласковы, Мелодичные Безмятежные.Бледно-палевы, Вдруг упали вы С неба синего; Льётесь струями Со святынь его Поцелуями. Скорбь сияния… Свет страдания…Лейтесь, вечные, Бесприютные — Как сердечные Слезы жаркие!.. Вы, бескровные, Лейтесь ровные, — Счастьем мутные, Горем яркие…
На смерть Блока
Игорь Северянин
Мгновенья высокой красы! — Совсем незнакомый, чужой, В одиннадцатом году, Прислал мне «Ночные часы». Я надпись его приведу: «Поэту с открытой душой». Десятый кончается год С тех пор. Мы не сблизились с ним. Встречаясь, друг к другу не шли: Не стужа ль безгранных высот Смущала поэта земли?.. Но дух его свято храним Раздвоенным духом моим. Теперь пережить мне дано Кончину еще одного Собрата-гиганта. О, Русь Согбенная! горбь, еще горбь Болящую спину. Кого Теряешь ты ныне? Боюсь, Не слишком ли многое? Но Удел твой — победная скорбь. Пусть варваром Запад зовет Ему непосильный Восток! Пусть смотрит с презреньем в лорнет На русскую душу: глубок Страданьем очищенный взлет, Какого у Запада нет. Вселенную, знайте, спасет Наш варварский русский Восток!