Облако

Из тонкой влаги и паров
Исшед невидимо, сгущенно,
Помалу, тихо вознесенно
Лучом над высотой холмов,

Отливом света осветяся,
По бездне голубой носяся,
Гордится облако собой,
Блистая солнца красотой.

Или прозрачностью сквозясь
И в разны виды пременяясь,
Рубином, златом испещряясь
И багряницею стелясь,

Струясь, сбираясь в сизы тучи
И вдруг схолмяся в холм плавучий,
Застенивает солнца зрак;
Забыв свой долг и благодарность,

Его любезну светозарность
Сокрыв от всех, — наводит мрак.
Или не долго временщик
На светлой высоте бывает,

Но, вздувшись туком, исчезает
Скорей, чем сделался велик.
Под лучезнойной тяготою
Разорван молнии стрелою,

Обрушась, каплями падет, —
И уж его на небе нет!
Хотя ж он в чадах где своих,
Во мглах, в туманах возродится

И к выспренностям вновь стремится,
Но редко достигает их:
Давленьем воздуха гнетомый
И влагой вниз своей влекомый,

На блаты, тундры опустясь,
Ложится в них, — и зрится грязь.
Не видим ли вельмож, царей
Живого здесь изображенья?

Одни — из праха, из презренья
Пренизких возводя людей
На степени первейших санов,
Творят богов в них, истуканов,

Им вверя власть и скипетр свой;
Не видя, их что ослепляют,
Любезной доброты лишают,
Темня своею чернотой.

Другие — счастья быв рабы,
Его рукою вознесенны,
Сияньем ложным украшенны,
Страстей не выдержав борьбы

И доблестей путь презря, правды,
Превесясь злом, как водопады
Падут стремглав на низ во мглах:
Быв идолы — бывают прах.

Но добродетель красотой
Своею собственной сияет;
Пускай несчастье помрачает.
Светла она сама собой.

Как Антонины на престоле,
Так Эпиктиты и в неволе
Почтенны суть красой их душ.
Пускай чей злобой блеск затмится, —

Но днесь иль завтра прояснится
Бессмертной правды солнца луч.
О вы, имеющи богов
В руках всю власть и всю возможность,

В себе же смертного ничтожность,
Ввергающую бедствий в ров!
Цари! От вас ваш трон зависит
Унизить злом, добром возвысить;

Имейте вкруг себя людей,
Незлобьем, мудростью младенцев;
Но бойтесь счастья возведенцев,
Ползущих пестрых вкруг вас змей.

И вы, наперсники царей,
Друзья, цветущи их красою!
Их пишущи жизнь, смерть рукою
Поверх земель, поверх морей!

Познайте: с вашим всем собором
Вы с тем равны лишь метеором,
Который блещет от зари;
А сами по себе — пары.

И ты, кто потерял красу
Наружну мрачной клеветою!
Зри мудрой, твердою душою:
Подобен мир сей колесу.

Се спица вниз и вверх вратится,
Се капля мглой иль тучей зрится:
Так что ж снедаешься тоской?
В кругу творений обращаясь,

Той вниз, другою вверх вздымаясь, —
Умей и в прахе быть златой.