Тукай Габдулла Мухамедгарифович

Жизнь его была короткой, будто вспышка — всего 26 лет. Однако за это время он успел то, на что у других уходят десятилетия: издал около тридцати томов стихов, первым в Казани начал писать для детей, собрал и выпустил сборники татарского фольклора. Благодаря его труду в Татарстане открыли для себя Пушкина, Лермонтова, Кольцова — стихи русских поэтов зазвучали на татарском языке. А его собственные строки разлетелись по народу — их напевали, их знали наизусть, по ним ставили балеты и оперы. Имя этого человека — Габдулла Тукай.

Детство, полное странствий и одиночества

Всё началось в маленькой татарской деревеньке Кушлауч, что рядом с Казанью. Мальчик появился на свет и, казалось бы, ничто не предвещало беды. Но когда ему было всего пять месяцев, грянула первая утрата — умер отец. Через три года не стало и матери. Сначала сироту приютили деды по материнской линии, но, признаться честно, чужой ребенок им был не в радость. Габдулла вспоминал потом: «Плакал — некому было утешить, норовил приласкаться — некому было приголубить, хотел поесть, попить — некому пожалеть — все отталкивали да отпихивали». Дед с бабкой не выдержали — пытались отдать мальчика другим семьям, лишь бы избавиться от лишней обузы.

В шесть лет его забрал к себе крестьянин из соседней деревни. Здесь всё было иначе: мальчика приняли по-настоящему, полюбили, научили грамоте. Вроде бы счастье нашлось, но длилось оно недолго. Через три года его разыскала тетя — сестра отца, Газиза Усманова, и увезла к себе в Уральск. Вот уж поистине: судьба не давала покоя этому ребенку — восемь раз он менял приемные семьи, прежде чем найти свое место в жизни.

Медресе, где рождались мечты

В Уральске мальчика определили в школу при мечети — медресе «Мутыгия». Имам Мутыгулла Тухватуллин был не только духовным наставником, но и настоящим просветителем. Его дети — европейски одетые, свободные в суждениях, знающие языки — быстро приняли Габдуллу в свою компанию. Тукай учился с увлечением: овладел арабским, персидским, турецким, освоил русский, а потом и европейские языки. Дома у имама была большая библиотека, где наряду с религиозными трактатами можно было найти и художественные романы, и научные книги.

Вместе с другими учениками Тукай пробовал себя в выпуске рукописных журналов и газет. Удивительно, но именно здесь, среди книг и рукописей, зародилась его любовь к литературе.

Вихрь революции и первые стихи

Когда в 1905 году грянула революция, Тукайу было всего девятнадцать. Он трудился наборщиком в типографии сына имама, Камиля Тухватуллина. Вместе они начали печатать первые татарские газеты и журналы — «Фикер» («Мысль»), «Уралец». На их страницах появились и первые революционные стихи Тукая. Можно ли было остаться в стороне, когда вокруг всё кипело и менялось?

Татарин, русский ли — взгляни:
Теперь права у всех одни.
Зипун и фартук в наши дни
Узнали вкус свободы.

Закрыт цензурный комитет,
Чернилам красным сбыта нет,
И обанкротились вослед
Чернильные заводы.

— из стихотворения «О свободе», перевод Рувима Морана

Тукай не просто писал — он жил идеями свободы. Ходил на демонстрации, выплескивал в печать политические статьи и язвительные фельетоны. В одном из них — «Условия» — он иронизировал: пока капитализм будет жить, смысл называться мусуль