Странный сон мне снился

Странный сон мне снился: я кремнистой кручей Медленно влачился. Длился яркий зной. Мне привет весёлый тихий цвет пахучий Кинул из пещеры тёмной и сырой. И цветочный стебель начал колыхаться, Тихо наливаться в жилки стала кровь, — Из цветочной чаши стала подыматься С грустными очами девушка, любовь. На губах прекрасной стали ясны речи, — Я услышал звуки, лёгкие, как сон, Тихие, как шёпот потаённой встречи, Как далёкой тройки серебристый звон. «На плечах усталых вечное страданье, — Говорила дева, — тяжело носить. Зреет в тёмном сердце горькое желанье Сбросить бремя жизни, душу погасить. Страстною мечтою рвёшься в жизнь иную, Хочешь ты проникнуть в даль иных времён. Я твои мечтанья сладко зачарую. Ты уснёшь, и долог будет чудный сон, И, когда в народах правда воцарится И с бессильным звоном рухнет злой кумир, В этот миг прекрасный сон твой прекратится, Ты увидишь ясный, обновлённый мир». Девушка замолкла, лёгкой тенью скрылась, И внезапно тихо стало всё вокруг. Голова безвольно на землю склонилась, И не мог я двинуть онемелых рук. Омрачался ль дух мой сладостным забвеньем, И слетали грёзы лишь по временам, Неустанно ль сердце трепетным биеньем Жизнь мою будило, — я не знаю сам. Бурно закипали прежние страданья, Вновь меня томила жадная тоска, Но, пока пылал я муками желанья, Над землёй промчались многие века. «Донеси от жизни только звук случайный, Ветер перелётный, гость везде родной! Только раз весною, с радостью и тайной, Донеси случайно запах луговой!» — Так молило сердце и в тревоге жадной В грудь мою стучало; но холодных губ Разомкнуть не мог я для мольбы отрадной И лежал в пещере, как тяжёлый труп. Снилось мне: столетья мчатся над землёю, Правда всё страдает, Зло ещё царит, Я один во мраке, мёртвой тишиною Скован, тишиною мёртвою обвит.