Перейти к содержимому

У римской забытой дороги

У римской забытой дороги недалеко от Дамаска мертвенны гор отроги, как императоров маски.Кольца на солнце грея, сдержанно скрытноваты, нежатся жирные змеи — только что с Клеопатры.Везли по дороге рубины, мечи из дамасской стали, и волосами рабыни, корчась, ее подметали.Старый палач и насильник, мазью натершись этрусской, покачиваясь в носилках, думал наместник обрюзглый:«Пусть от рабочей черни лишь черепа да ребра: все мы умрем, как черви, но не умрет дорога…»И думал нубиец-строитель, о камни бивший кувалдой, но все-таки раб строптивый, но все-таки раб коварный:«Помня только о плоти, вы позабыли бога, значит, и вы умрете, значит, умрет и дорога…»Сгнивали империи корни. Она, расползаясь, зияла, как сшитое нитками крови лоскутное одеяло.Опять применяли опыт улещиванья и пыток. Кровью пытались штопать, но нет ненадежней ниток.С римского лицемерия спала надменная тога, и умерла империя, и умирала дорога.Пытались прибегнуть к подлогу. Твердили, что в крови, когда-то пролитой на дорогу, дорога не виновата.Но дикой травы поколенья сводили с ней счеты крупно: родившая преступленья, дорога сама преступна.И всем палачам-дорогам, и всем дорогам-тиранам да будет высоким итогом высокая плата бурьяном!Так думал я на дороге, теперь для проезда закрытой, дороге, забывшей о боге, и богом за это забытой.

Похожие по настроению