Уже бледнеет и светает
Уже бледнеет и светает Над Петропавловской иглой, И снизу в окна шум влетает, Шуршанье дворника метлой. Люблю домой, мечтаний полным и сонным телом чуя хлад, спешить по улицам безмолвным еще сквозь мертвый Ленинград.
Похожие по настроению
Сумрак дня несет печаль…
Александр Александрович Блок
Сумрак дня несет печаль. Тусклых улиц очерк сонный, Город, смутно озаренный, Смотрит в розовую даль. Видит с пасмурной земли Безнадежный глаз столицы: Поднял мрак свои зеницы, Реют ангелы вдали. Близок пламенный рассвет, Мертвецу заглянет в очи Утро после долгой ночи… Но бежит мелькнувший свет, И испуганные лики Скрыли ангелы в крылах: Видят — мертвый и безликий Вырастает в их лучах.24 декабря 1901
Как хорош сегодня гром утра
Игорь Северянин
Как хорош сегодня гром утра! Бледно-розовы тона… Как бежит привольно Иматра — Образец для полотна! Жизнь долга, жизнь без любви долга… О, куда зовет мечта? И терзает сердце иволга, Как дней давних красота.
Вздохи из чужбины
Илья Эренбург
Значит, снова мечты о России — Лишь напрасно приснившийся сон; Значит, снова дороги чужие, И по ним я идти обречен! И бродить у Вандомской колонны Или в плоских садах Тюльери, Где над лужами вечер влюбленный Рассыпает, дрожа, фонари, Где, как будто веселые птицы, Выбегают в двенадцать часов Из раскрытых домов мастерицы, И у каждой букетик цветов. О, бродить и вздыхать о Плющихе, Где, разбуженный лаем собак, Одинокий, печальный и тихий Из сирени глядит особняк, Где, кочуя по хилым березкам, Воробьи затевают балы И где пахнут натертые воском И нагретые солнцем полы…Уж слеза за слезою Пробирается с крыш, И неловкой ногою По дорожке скользишь. И милей и коварней Пооттаявший лед, И фабричные парни Задевают народ. И пойдешь от гуляний — Вдалеке монастырь, И извощичьи сани Улетают в пустырь. Скоро снег этот слабый И отсюда уйдет И веселые бабы Налетят в огород. И от бабьего гама, И от крика грачей, И от греющих прямо Подобревших лучей Станет нежно-зеленым Этот снежный пустырь, И откликнется звоном, Загудит монастырь.
Смеркает день. В бору темнеет
Иван Саввич Никитин
Смеркает день. В бору темнеет. Пожар зари над ним краснеет. Во влажной почве лист сухой Без звука тонет под ногой. Недвижны сосны. Сон их чудный Так полон грез. Едва-едва Приметна неба синева Сквозь ветви. Сетью изумрудной Покрыла цепкая трава Сухое дерево. Грозою Оно на землю свалено И до корней обожжено. Тропинка черной полосою Лежит в траве. По сторонам Грибы белеют тут и там. Порою ветер шаловливый Разбудит листья, слышен шум, И вдруг все стихнет — и на ум Приходят сказочные дивы. Слух раздражен. Вот в чаще треск — И, мнится, видишь яркий блеск Двух ярких глаз… Одно мгновенье — И все пропало. Вот река; В зеленой раме лозняка Ее спокойное теченье Так полно силы. В челноки: Собрали сети рыбаки,. Плывут; струи бегут от весел; Угрюмый берег тень отбросил; Мост под телегами дрожит; И скрип колес и стук копыт Тревожат цаплю, и пугливо Она летит из-под куста. Веселый шум и суета На мельнице. Нетерпеливо Вода сердитая ревет, Мелькает жернов торопливо… Пора домой. Уж ночь идет, Огни по небу рассыпает. Пора домой: семья забот Меня давно там поджидает; Приду, — и встретит у ворот, И крепко, крепко обоймет…
Фонари висели на улице недлинной
Клара Арсенева
Фонари висели на улице недлинной, Дни душистей стали, сумерки короче. Рыбьими хвостами, всплесками из глины, Белые фасады разукрасил зодчий;Выдвинул террасу на пустое взморье, Вычернил решетки цветников тюльпанных. Только путь приморский пропадал во взоре, И свистки кричали в полосе туманной.Друг светловолосый говорил устало: «Расскажи о вышках в городе заморском, Как одна долина нефтью протекала, И в червонном храме светят желтым воском».
Рассвет («Зеленая поляна…»)
Константин Бальмонт
Зеленая поляна, Деревья, облака. Под дымкою тумана Безгласная река. Медлительно растущий Сомнительный рассвет. Молчанье мысли, ждущей, Возникнет ли ответ. Безмолвные вопросы Влюбленных в Солнце трав. Когда зажгутся росы, Бессмертье увидав? Бессмертное Светило, Надежда всех миров, Изжито вес, что было, Разбиты ковы снов. Бессмертное Влиянье Немеркнущего Дня! Яви свое сиянье, Пересоздай меня!Год написания: без даты
Снова замерло все до рассвета
Михаил Исаковский
Снова замерло всё до рассвета — Дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь. Только слышно — на улице где-то Одинокая бродит гармонь: То пойдёт на поля, за ворота, То обратно вернется опять, Словно ищет в потёмках кого-то И не может никак отыскать. Веет с поля ночная прохлада, С яблонь цвет облетает густой… Ты признайся — кого тебе надо, Ты скажи, гармонист молодой. Может статься, она — недалёко, Да не знает — её ли ты ждёшь… Что ж ты бродишь всю ночь одиноко, Что ж ты девушкам спать не даёшь?!
Ночью
Николай Степанович Гумилев
Скоро полночь, свеча догорела. О, заснуть бы, заснуть поскорей, Но смиряйся, проклятое тело, Перед волей мужскою моей. Как? Ты вновь прибегаешь к обману, Притворяешься тихим, но лишь Я забудусь, работать не стану, «Не могу, не хочу» — говоришь… Подожди, вот засну, и на утро, Чуть последняя канет звезда, Буду снова могуче и мудро, Как тогда, как в былые года. Полно. Грёза, бесстыдная сводня, Одурманит тебя до утра, И ты скажешь, лениво зевая, Кулаками глаза протирая: «Я не буду работать сегодня, Надо было работать вчера».
Рассвет за окнами нежданный
Самуил Яковлевич Маршак
Рассвет за окнами нежданный. Желтеют мутно купола, Синеет зданий строй туманный, Но высь небесная светла.Там только нет дневного блеска. Но тает, тает синева. Вот просветлела занавеска И проступили кружева.И сновиденьем мимолётным Вдали осталась ночь без сна. Рассветом ранним, беззаботным Дышу у бледного окна.Легко внизу мелькнула птица, Донёсся грохот колеса… И наяву мне что-то снится, Так много снится в полчаса.
Рассвет
Владимир Луговской
Легкая ночь. Прощальная ночь. Месяц висит Клыкатый. Высоко окно. Окно черно. Дома. Фонари. Плакаты.Красен плакат: Красный солдат Пальцем и зрачками Колется. Пора наступать! Пора! Да, товарищи, Вчера Записался и я добровольцем.В пять утра Загремят буфера,- Милая, Помни друга! В пять часов Душа на засов — К югу, к югу, к югу!Сероколонную глыбу вокзала Голосом меди труба пронизала, И наклоненно плывущее знамя Красноармейцы вносят в вагон. Тогда начинается время рассвета, В теплушке качается пасмурный ветер, И ночь остается далеко за нами, А впереди — золотой перегон.Утро. Утро — часы тумана…Богатырский тучеход. Серебро рассвета. Песня солнечных ворот Северного лета. Величава и легка Облаков прохлада. Розовеют облака, Дребезжат приклады.Ты ли, юность, позвала, Ты ли полюбила Вспененные удила, Боевую силу?Письма в десять рваных строк, Шаг усталой роты, Штык, наточенный остро, Грохот поворота?Ты ревущим поездам Рельсы распрямила, Пятикрылая звезда — Будущее мира. Ты звенела в проводах, Ты, как песня, спета, Пятикрылая звезда — Пять лучей рассвета.На прощанье ты прими Перелеты пашен, Шаг суровый, что гремит У кремлевских башен. На прощанье отвори Площадь с ровным склоном,- Это Ленин говорит Смолкшим батальонам.Это ты простилась, друг, В платье парусинном. Это катятся на юг Молодость и сила. На платформах ни души. Гром гремит далече. Проплывают камыши Безыменных речек.
Другие стихи этого автора
Всего: 111Моя любовь
Даниил Иванович Хармс
Моя любовь к тебе секрет не дрогнет бровь и сотни лет. Пройдут года пройдёт любовь но никогда не дрогнет бровь. Тебя узнав я всё забыл и средь забав я скучен был Мне стал чужим и странным свет я каждой даме молвил: нет.
Я долго думал об орлах
Даниил Иванович Хармс
Я долго думал об орлах И понял многое: Орлы летают в облаках, Летают, никого не трогая. Я понял, что живут орлы на скалах и в горах, И дружат с водяными духами. Я долго думал об орлах, Но спутал, кажется, их с мухами.
Физик, сломавший ногу
Даниил Иванович Хармс
Маша моделями вселенной Выходит физик из ворот. И вдруг упал, сломав коленный Сустав. К нему бежит народ, Маша уставами движенья К нему подходит постовой Твердя таблицу умноженья, Студент подходит молодой Девица с сумочкой подходит Старушка с палочкой спешит А физик всё лежит, не ходит, Не ходит физик и лежит.
Меня закинули под стул
Даниил Иванович Хармс
Меня закинули под стул, Но был я слаб и глуп. Холодный ветер в щели дул И попадал мне в зуб. Мне было так лежать нескладно, Я был и глуп и слаб. Но атмосфера так прохладна Когда бы не была-б, Я на полу-б лежал бесзвучно, Раскинувши тулуп. Но так лежать безумно скучно: Я слишком слаб и глуп.
Легкомысленные речи
Даниил Иванович Хармс
Легкомысленные речи За столом произносив Я сидел, раскинув плечи, Неподвижен и красив.
Григорий студнем подавившись
Даниил Иванович Хармс
Григорий студнем подавившись Прочь от стола бежит с трудом На гостя хама рассердившись Хозяйка плачет за столом. Одна, над чашечкой пустой, Рыдает бедная хозяйка. Хозяйка милая, постой, На картах лучше погадай-ка. Ушел Григорий. Срам и стыд. На гостя нечего сердиться. Твой студень сделан из копыт Им всякий мог бы подавиться.
Бегут задумчивые люди
Даниил Иванович Хармс
Бегут задумчивые люди Куда бегут? Зачем спешат? У дам раскачиваются груди, У кавалеров бороды шуршат.
Ну-ка Петя
Даниил Иванович Хармс
Ну-ка Петя, ну-ка Петя Закусили, вытрем рот И пойдем с тобою Петя Мы работать в огород. Ты работай да не прыгай Туда сюда напоказ Я лопатой ты мотыгой Грядки сделаем как раз Ты смотри не отставай Ты гляди совсем закис Эта грядка под морковь Эта грядка под редис Грядки сделаны отменно Только новая беда Прет из грядки непременно То лопух то лебеда. Эй, глядите, весь народ Вдруг пошел на огород Как солдаты Как солдаты Кто с мотыгой Кто с лопатой.
Как-то жил один столяр
Даниил Иванович Хармс
Как-то жил один столяр. Замечательный столяр! Удивительный столяр!! Делал стулья и столы, Окна, двери и полы Для жильца — перегородку Для сапожника — колодку Астроному в один миг Сделал полочку для книг Если птица — делал клетку Если дворник — табуретку Если школьник — делал парту Прикреплял на полку карту Делал глобус топором А из глобуса потом Делал шилом и пилой Ящик с крышкой откидной. Вот однажды утром рано Он стоял над верстаком И барана из чурбана Ловко делал топором. А закончил он барана Сразу сделал пастуха, Сделал три аэроплана И четыре петуха.
Машинист трубит в трубу
Даниил Иванович Хармс
Машинист трубит в трубу Паровоз грохочет. Возле топки, весь в поту Кочегар хлопочет. А вот это детский сад Ездил он на речку, А теперь спешит назад К милому крылечку. Мчится поезд всё вперёд Станция не скоро. Всю дорогу ест и пьёт Пассажир обжора.
На Фонтанке 28
Даниил Иванович Хармс
На Фонтанке 28 Жил Володя Каблуков Если мы Володю спросим: — Эй, Володя Каблуков! Кто на свете всех сильнее? Он ответит: Это я! Кто на свете всех умнее? Он ответит: Это я! Если ты умнее всех Если ты сильнее всех
Неоконченное
Даниил Иванович Хармс
Видишь, под елочкой маленький дом. В домике зайчик сидит за столом, Книжку читает, напялив очки, Ест кочерыжку, морковь и стручки. В лампе горит золотой огонёк, Топится печка, трещит уголёк, Рвется на волю из чайника пар, Муха жужжит и летает комар. Вдруг что-то громко ударило в дом. Что-то мелькнуло за чёрным окном. Где-то раздался пронзительный свист. Зайчик вскочил и затрясся как лист. Вдруг на крылечке раздались шаги. Топнули чьи-то четыре ноги. Кто-то покашлял и в дверь постучал, «Эй, отворите мне!» – кто-то сказал. В дверь постучали опять и опять, Зайчик со страха залез под кровать. К домику под ёлочкой путник идёт. Хвостиком-метёлочкой следы свои метёт. Рыжая лисичка, беленький платок, Чёрные чулочки, острый коготок. К домику подходит На цыпочки встаёт Глазками поводит Зайчика зовёт: «Зайка зайка душенька, Зайка мой дружок, Ты меня послушай-ка Выйди на лужок. Мы с тобой побегаем Зайчик дорогой После пообедаем Сидя над рекой. Мы кочны капустные на лугу найдём. Кочерыжки вкусные вместе погрызём. Отопри же дверцу мне Зайка, мой дружок, Успокой же сердце мне, выйди на лужок».