Ахмадулина Белла Ахатовна

Есть люди, чьё появление в поэзии мгновенно замечают — словно порыв ветра, внезапно ворвавшийся в душный зал. В 1955 году восемнадцатилетняя девушка впервые увидела свои стихи напечатанными в журнале «Октябрь». Её звали Белла Ахмадулина — хотя имя ей досталось испанское, Изабелла, но оно было слишком длинным и неуклюжим для тонкой поэтической души. Как-то раз, она просто сократила его до короткого, звучного «Белла», и так осталась в памяти миллионов.

Родилась она в 1937 году в Москве, под сенью старых бульваров и угрюмых домов, где на смену войне шла новая эпоха — не менее тревожная, не менее страстная. В десятом классе Белла уже не просто мечтала о стихах — она была участницей литературного кружка при заводе имени Лихачева, которым руководил Евгений Винокуров. Десятиклассница, но уже с готовым голосом, который трудно было не услышать.

После школы — поступление в Литературный институт имени Горького. Она читала свои стихи приемной комиссии: не робко, а как человек, который давно знает, зачем пришёл. Уже на первом курсе Белла Ахмадулина привлекала к себе внимание других студентов: её стихи передавали из рук в руки, её имя становилось всё более узнаваемым.

В 22 года она пишет стихотворение «По улице моей который год…». Эта строчка позже станет известным романсом, без которого трудно представить себе атмосферу «Иронии судьбы». Голос Ахмадулиной — дрожащий, словно натянутая струна, о которой Евгений Евтушенко скажет: «Становилось даже боязно, не оборвётся ли». В 1962 году выходит её первая книга — «Струна». Уже тогда поэтесса собирает полные залы. В её стихах — метафоры, необычные обороты, слог, напоминающий пушкинскую эпоху. Ахмадулина будто бы нарочно уводит свою лирическую героиню в прошлое, где всё чище, пронзительней, уязвимей.

Но жизнь в Советском Союзе редко бывает безоблачной. В 1958 году над Литинститутом сгущаются тучи: студентов заставляют подписать позорное письмо против Бориса Пастернака. Ахмадулина — одна из немногих, кто отказывается это делать. За это её отчисляют, официально — за неудовлетворительную оценку по марксизму-ленинизму. На деле же — за внутреннюю свободу. Позже её восстановят, и она окончит институт с отличием. Ахмадулина скажет потом: «Жизнь — это попытка отстоять суверенность души».

В шестидесятые годы она пробует себя в кино. В фильме Василия Шукшина «Живёт такой парень» её героиня — журналистка, и этот фильм удостаивается приза в Венеции. В спортивной ленте «Спорт, спорт, спорт» её голос звучит за кадром: «Вот человек, который начал бег…». Казалось бы, она могла бы стать актрисой, но поэзия всегда брала верх.

Ахмадулина не писала стихов на злобу дня, но в политической жизни страны участвовала. Она поддерживала диссидентов, подписывала обращения в защиту Сахарова, Копелева, Солженицына, выступала и в зарубежных газетах, и на радиостанциях, которые в Советском Союзе считались враждебными. Долгое время репрессии обходили её стороной — слишком известна, слишком любима. Но в 1969 году во Франкфурте выходит её сборник «Озноб». Это был вызов: публиковаться за границей было опасно. В ответ — травля в советской прессе, жёсткая цензура новых стихов, запреты на выступления, которые продлились до самой перестройки.

Эти годы она посвящает переводам. Ахмадулина много путешествует по стране, особенно любит Грузию: её поэзия близка по духу грузинской мел