Вечерний пейзаж
Зелёный водопад плакучих ив Беззвучно ниспадает в гуще сада. Не от него ли так легка прохлада? Не потому ли вечер так красив? И очень жаль, что рядом нет тебя, Что эту красоту ты не увидишь. Вон тополь встал — Как будто древний витязь, Поводья еле слышно теребя. Вот выкована ель из серебра — Таких красивых не встречал я сроду. О, как бы ни любили мы природу, Нам век не оплатить ее добра. Благословляю тихий звон дубрав И красоту, что вновь неповторима. Мне в сердце проливается незримо Покой деревьев и доверье трав. Мы все в гостях у этой красоты. Приходим в мир — Её любить и помнить. Потом однажды — Утром или в полночь — Уйдём, Оставив легкие следы.
Похожие по настроению
Усталость тихая, вечерняя
Борис Корнилов
Усталость тихая, вечерняя Зовёт из гула голосов В Нижегородскую губернию И в синь семёновских лесов.Сосновый шум и смех осиновый Опять кулигами пройдёт. Я вечера припомню синие И дымом пахнущий омёт.Берёзы нежной тело белое В руках увижу ложкаря, И вновь, непочатая, целая, Заколыхается заря.Ты не уйдёшь, моя сосновая, Моя любимая страна! Когда-нибудь, но буду снова я Бросать на землю семена.Когда хозяйки хлопнут ставнями, И отдых скрюченным рукам, Я расскажу про город каменный Седым, угрюмым старикам.Познаю вновь любовь вечернюю, Уйдя из гула голосов В Нижегородскую губернию, В разбег семёновских лесов.
Вечер
Федор Иванович Тютчев
Как тихо веет над долиной Далекий колокольный звон, Как шум от стаи журавлиной, – И в звучных листьях замер он. Как море вешнее в разливе, Светлея, не колыхнет день, – И торопливей, молчаливей Ложится по долине тень.
Утро и вечер
Иван Козлов
В венце багровом солнце блещет, Чуть светит робкая луна, Фиалка под росой трепещет, И роза юная томна. Стоит Людмила у окна, Златые локоны небрежно Вкруг шеи вьются белоснежной. Я на колена в тишине Упал. Она сказала мне: «Зачем так рано всё уныло, Фиалка, и луна, и милый?»Но день промчался; небосклон Горит вечернею зарею, И тихой, полною луною Душистый луг осеребрен. Росой фиалка освежилась; Людмила у окна явилась; Еще пышней ее наряд; Еще светлей веселый взгляд, — И на коленях я пред милой Стою опять… стою унылый. Грустил я раннею порой, Грущу теперь во тьме ночной.
Ночь тиха, сад объят полутьмою
Иван Суриков
Ночь тиха, сад объят полутьмою, Дремлют липы над сонным прудом; Воздух дышит цветущей весною; Мы сидим пред раскрытым окном.Светят яркие звезды над нами; Кротко месяц глядит с высоты, И его голубыми лучами Облитая, задумалась ты.Очарован твоей красотою, Я любуюсь тобою без слов… В нашу комнату тихой струею Льется запах душистых цветов.И прощу в этот час я не много: Чтобы дни твои тихо текли, Чтобы жизни печаль и тревога В твое сердце пути не нашли.
Английский пейзаж
Константин Бальмонт
В отдаленной дымке утопая Привиденьями деревья стали в ряд Чуть заметна дымка голубая, Чуть заметные огни за ней горят Воздух полон тающей печалью, Все предчувствием неясным смущено Что там тонет? Что за этой далью? Там как в сердце отуманенном темно! Точно шепот ночи раздается, Точно небо наклонилось над землей И над ней, беззвучное, смеется, Все как саваном окутанное мглой.
Элегия (На горы и леса легла ночная тень)
Николай Языков
На горы и леса легла ночная тень, Темнеют небеса, блестит лишь запад ясный: То улыбается безоблачно-прекрасный Спокойно, радостно кончающийся день.
В тени задумчивого сада
Семен Надсон
В тени задумчивого сада, Где по обрыву, над рекой, Ползет зеленая ограда Кустов акации густой, Где так жасмин благоухает, Где ива плачет над водой,— В прозрачных сумерках мелькает Твой образ стройный и живой. Кто ты, шалунья,— я не знаю, Но милым песням на реке Я часто издали внимаю В моем убогом челноке. Они звенят, звенят и льются То с детской верой, то с тоской, И звонким эхом раздаются За неподвижною рекой. Но чуть меня ты замечаешь В густых прибрежных камышах, Ты вдруг лукаво замолкаешь И робко прячешься в кустах; И я, в глуши сосед случайный И твой случайный враг и друг, Люблю следить с отрадой тайной Твой полный грации испуг. Не долог он: пройдет мгновенье — И вновь из зелени густой Твое серебряное пенье Летит и тонет за рекой. Мелькнет кудрявая головка, Блеснет лукавый, гордый взор — И всё поет, поет плутовка, И песням вторит синий бор. Стемнело… Зарево заката Слилось с лазурью голубой, Туманной дымкой даль объята, Поднялся месяц над рекой; Кустов немые очертанья Стоят как будто в серебре,— Прощай, — до нового свиданья И новых песен на заре!..
Элегия в новом вкусе
Сергей Аксаков
Молчит угрюмый бор… луч солнца догорает… Бродящий ветерок в листочках умирает… С безбрежной высоты Прохлада снизошла на лоне темноты, И ночь таинственным покровом Как тучей облекла природы наготу; И запад потухал… с мерцанием багровым Безоблачных небес сливая красоту. Молчанье мертвое настало, И тишина на ветвях возлегла. И ночи божество дремотой оковало Природу всю — людей, и мысли, и дела. Как бы окаменев, древ гибкие вершины Нахмурившись стоят, И вечно трепетной осины Листочки, опустясь, недвижимо висят. Река в родных брегах неслышима катится, Как будто жизни нет в живых ее струях… Невидимая тень на дне ее ложится, Повсюду бродит тайно страх. С душой отцветшею для милых наслаждений Как странник сирота — с улыбкой незнаком — И жизни молодой крылатых обольщений Утративши зарю… унынием влеком, Иду бестрепетно под сосен мрачны своды И там беседую с приветною тоской Слезой тяжелою (один сей дар природы Не похищен людей безжалостной рукой), Слезой тяжелою грудь скорбну омывая; Воспоминания о бывшем пробуждая, Лечу в туманну даль, мечтами окрылен… О сердце радости!.. погибши безвозвратно, Почто так рано вас лишен?.. Почто ты было так превратно, О счастие моих весенних дней?.. Едва блеснуло… и сокрылось!.. Погас мгновенный блеск лучей И солнце радостей навеки закатилось!.. Стеснилась грудь моя… и вдруг как будто сном Или оцепененьем Невидимый одел меня крылом. И внял я тайный глас с безвестным мне веленьем: «О странник! — он вещал, — воспрянь и ободрись! О благах временных ты не крушись тоскою! Там, выше твой удел!.. Туда, туда стремись! Там обновишься ты душою!.. Там вкусишь плод добра из бед!.. Из мрака будет свет!..» И он умолк… неспавшие открыл я вежды. Душа присутствием небесного полна… На ней сиял луч кроткия надежды… Воззрел — окрест меня страна озарена, Бор черный — побледнел… и плавала луна Над мной — и подо мною, И все вокруг — повторено коварною рекою. Познал я сладость слез: незримый спутник мой, Благое провиденье! Прости младенца дерзновенье, Посмевшего роптать на тайный промысл твой…
Вечер был светел как день
Сергей Дуров
Вечер был светел как день; небо сияло лазурью; поля Яркозеленым ковром расстилались далеко, далеко; Звонко журчащий ручей, ниспадая с горы у подножья, Радужной пеной сверкал, а в лесу, из-за кущи ветвистой, Слышалась песнь соловья. — И подумал тогда я невольно: «О, для чего не дано человеческойской жизни под вечер Светлого неба любви, упований широкого поля, Быстрых желаний ручья и надежд соловьиных напевов!..»
Вечер в саду
Владимир Бенедиктов
Солнце будто б с неохотой Свой прощальный мечет взгляд И червонной позолотой Обливает темный сад. На скамейке я у стенки В созерцании сижу И игривые оттенки Пышной зелени слежу: Там — висит густым развивом, Там — так женственно — нежна, Там — оранжевым отливом Отзывается она. Аромат разлит сиренью, И меж дремлющих ветвей Свет заигрывает с тенью, Уступая место ей. Что — то там — вдали — сквозь ветки Мне мелькнуло и потом Притаилось у беседки, В липах, в сумраке густом. Что б такое это было — Я не знаю, но оно Так легко, воздушно, мило И, как снег, убелено. Пронизав летучей струйкой Темный зелени покров, Стало там оно статуйкой, Изваянной из паров. Напрягаю взор нескромный (Любопытство — спутник наш): Вот какой — то образ темный Быстро движется туда ж. Сумрак гуще. Твердь одета Серых тучек в бахромы. То был, мнится, ангел света, А за ним шел ангел тьмы, — И, где плотно листьев сетка Прижимается к стене, Скрыла встречу их беседка В ароматной глубине. И стемнело все. Все виды В смуглых очерках дрожат, И внесла звезда Киприды Яркий луч свой в тихий сад. Все какой — то веет тайной, И, как дева из окна, В прорезь тучки белокрайной Смотрит робкая луна, И, как будто что ей видно, Что в соблазн облечено, Вдруг прижмурилась… ей стыдно — И задернула окно. Чу! Там шорох, шопот, лепет… То колышутся листки. Чу! Какой — то слышен трепет… То ночные мотыльки. Чу! Вздыхают… Вновь ошибка: Ветерок сквозит в саду. Чу! Лобзанье… Это рыбка Звонко плещется в пруду. Все как будто что играет В этом мраке и потом Замирает, замирает В обаянии ночном, — И потом — ни лист, ни ветка, Не качнется; ночь тиха; Сад спокоен — и беседка Там — вдали — темна, глуха.
Другие стихи этого автора
Всего: 440Не оставляйте матерей одних…
Андрей Дементьев
Не оставляйте матерей одних, Они от одиночества стареют. Среди забот, влюбленности и книг Не забывайте с ними быть добрее. Им нежность ваша – Это целый мир. Им дорога любая ваша малость. Попробуйте представить хотя б на миг Вы в молодости собственную старость. Когда ни писем от детей, ни встреч, И самый близкий друг вам – телевизор Чтоб маму в этой жизни поберечь, Неужто нужны просьбы или визы? Меж вами ни границ и ни морей. Всего-то надо Сесть в трамвай иль поезд. Не оставляйте в прошлом матерей, Возьмите их в грядущее с собою.
Баллада о матери
Андрей Дементьев
Постарела мать за много лет, А вестей от сына нет и нет. Но она всё продолжает ждать, Потому что верит, потому что мать. И на что надеется она? Много лет, как кончилась война. Много лет, как все пришли назад, Кроме мёртвых, что в земле лежат. Сколько их в то дальнее село, Мальчиков безусых, не пришло. ...Раз в село прислали по весне Фильм документальный о войне, Все пришли в кино — и стар, и мал, Кто познал войну и кто не знал, Перед горькой памятью людской Разливалась ненависть рекой. Трудно было это вспоминать. Вдруг с экрана сын взглянул на мать. Мать узнала сына в тот же миг, И пронёсся материнский крик; — Алексей! Алёшенька! Сынок! — Словно сын её услышать мог. Он рванулся из траншеи в бой. Встала мать прикрыть его собой. Всё боялась — вдруг он упадёт, Но сквозь годы мчался сын вперёд. — Алексей! — кричали земляки. — Алексей! — просили, — добеги!.. Кадр сменился. Сын остался жить. Просит мать о сыне повторить. И опять в атаку он бежит. Жив-здоров, не ранен, не убит. — Алексей! Алёшенька! Сынок! — Словно сын её услышать мог... Дома всё ей чудилось кино... Всё ждала, вот-вот сейчас в окно Посреди тревожной тишины Постучится сын её с войны.
Нет женщин нелюбимых
Андрей Дементьев
Нет женщин нелюбимых, Невстреченные есть, Проходит кто-то мимо, когда бы рядом сесть. Когда бы слово молвить И все переменить, Былое света молний Как пленку засветить. Нет нелюбимых женщин, И каждая права — как в раковине жемчуг В душе любовь жива, Все в мире поправимо, Лишь окажите честь, Нет женщин нелюбимых, Пока мужчины есть.
Показалось мне вначале
Андрей Дементьев
Показалось мне вначале, Что друг друга мы встречали. В чьей-то жизни, в чьем-то доме… Я узнал Вас по печали. По улыбке я Вас вспомнил. Вы такая же, как были, Словно годы не промчались. Может, вправду мы встречались? Только Вы о том забыли…
Никогда ни о чем не жалейте
Андрей Дементьев
Никогда ни о чем не жалейте вдогонку, Если то, что случилось, нельзя изменить. Как записку из прошлого, грусть свою скомкав, С этим прошлым порвите непрочную нить. Никогда не жалейте о том, что случилось. Иль о том, что случиться не может уже. Лишь бы озеро вашей души не мутилось Да надежды, как птицы, парили в душе. Не жалейте своей доброты и участья. Если даже за все вам — усмешка в ответ. Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство… Не жалейте, что вам не досталось их бед. Никогда, никогда ни о чем не жалейте — Поздно начали вы или рано ушли. Кто-то пусть гениально играет на флейте. Но ведь песни берет он из вашей души. Никогда, никогда ни о чем не жалейте — Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви. Пусть другой гениально играет на флейте, Но еще гениальнее слушали вы.
Баллада о верности
Андрей Дементьев
Отцы умчались в шлемах краснозвездных. И матерям отныне не до сна. Звенит от сабель над Россией воздух. Копытами разбита тишина. Мужей ждут жены. Ждут деревни русские. И кто-то не вернется, может быть… А в колыбелях спят мальчишки русые, Которым в сорок первом уходить. [B]1[/B] Заслышав топот, за околицу Бежал мальчонка лет шести. Все ждал: сейчас примчится конница И батька с флагом впереди. Он поравняется с мальчишкой, Возьмет его к себе в седло… Но что-то кони медлят слишком И не врываются в село. А ночью мать подушке мятой Проплачет правду до конца. И утром глянет виновато На сына, ждущего отца. О, сколько в годы те тревожные Росло отчаянных парней, Что на земле так мало прожили, Да много сделали на ней. [B]2[/B] Прошли года. В краю пустынном Над старым холмиком звезда. И вот вдова с любимым сыном За сотни верст пришла сюда. Цвели цветы. Пылало лето. И душно пахло чебрецом. Вот так в степи мальчишка этот Впервые встретился с отцом. Прочел, глотая слезы, имя, Что сам носил двадцатый год… Еще не зная, что над ними Темнел в тревоге небосвод, Что скоро грянет сорок первый, Что будет смерть со всех сторон, Что в Польше под звездой фанерной Свое оставит имя он. …Вначале сын ей снился часто. Хотя война давно прошла, Я слышу: кони мчатся, мчатся. Все мимо нашего села. И снова, мыкая бессонницу, Итожа долгое житье, Идет старушка за околицу, Куда носился сын ее. «Уж больно редко,— скажет глухо, Дают военным отпуска…» И этот памятник разлукам Увидит внук издалека.
Баллада о любви
Андрей Дементьев
— Я жить без тебя не могу, Я с первого дня это понял… Как будто на полном скаку Коня вдруг над пропастью поднял. — И я без тебя не могу. Я столько ждала! И устала. Как будто на белом снегу Гроза мою душу застала. Сошлись, разминулись пути, Но он ей звонил отовсюду. И тихо просил: «Не грусти…» И тихое слышалось: «Буду…» Однажды на полном скаку С коня он свалился на съемках… — Я жить без тебя не могу,— Она ему шепчет в потемках. Он бредил… Но сила любви Вновь к жизни его возвращала. И смерть уступила: «Живи!» И все начиналось сначала. — Я жить без тебя не могу…— Он ей улыбался устало, — А помнишь на белом снегу Гроза тебя как-то застала? Прилипли снежинки к виску. И капли росы на ресницах… Я жить без тебя не смогу, И значит, ничто не случится.
Бессонницей измотаны
Андрей Дементьев
Бессонницей измотаны, Мы ехали в Нью-Йорк. Зеленый мир за окнами Был молчалив и строг. Лишь надписи нерусские На стрелках и мостах Разрушили иллюзию, Что мы в родных местах. И вставленные в рамку Автобусных окон, Пейзажи спозаранку Мелькали с двух сторон. К полудню небо бледное Нахмурило чело. Воображенье бедное Метафору нашло, Что домиков отпадных Так непривычен стиль, Как будто бы нежданно Мы въехали в мультфильм.
В деревне
Андрей Дементьев
Люблю, когда по крыше Дождь стучит, И все тогда во мне Задумчиво молчит. Я слушаю мелодию дождя. Она однообразна, Но прекрасна. И все вокруг с душою сообразно. И счастлив я, Как малое дитя. На сеновале душно пахнет сеном. И в щели льет зеленый свет травы. Стихает дождь… И скоро в небе сером Расплещутся озера синевы. Стихает дождь. Я выйду из сарая. И все вокруг Как будто в первый раз. Я радугу сравню с вратами рая, Куда при жизни Я попал сейчас.
В любви мелочей не бывает
Андрей Дементьев
В любви мелочей не бывает. Все высшего смысла полно…Вот кто-то ромашку срывает. Надежды своей не скрывает. Расставшись — Глядит на окно.В любви мелочей не бывает. Все скрытого смысла полно… Нежданно печаль наплывает. Улыбка в ответ остывает, Хоть было недавно смешно. И к прошлым словам не взывает. Они позабыты давно. Так, значит, любовь убывает. И, видно, уж так суждено. В любви мелочей не бывает. Все тайного смысла полно…
В саду
Андрей Дементьев
Вторые сутки Хлещет дождь. И птиц как будто Ветром вымело. А ты по-прежнему Поешь,— Не знаю, Как тебя по имени. Тебя не видно — Так ты мал. Лишь ветка Тихо встрепенется… И почему в такую хмарь Тебе так весело поется?
Ватерлоо
Андрей Дементьев
Так вот оно какое, Ватерлоо! Где встретились позор и торжество. Британский лев грозит нам из былого С крутого пьедестала своего. Вот где-то здесь стоял Наполеон. А может быть, сидел на барабане. И шум сраженья был похож: на стон, Как будто сам он был смертельно ранен. И генерал, едва держась в седле, Увидел — Император безучастен. Он вспомнил вдруг, Как на иной земле Ему впервые изменило счастье. Я поднимаюсь на высокий холм. Какая ширь и красота для взора! Кто знал, что в этом уголке глухом Его ждало бессмертие позора.