Перейти к содержимому

В жизни часто бывает

Андрей Дементьев

В жизни часто бывает — Люди зло берегут. А добро забывают И выносят на суд. Двое комнату делят. Разошлись, стало быть… Ну, а с прошлым Что делать? Как его поделить?

Похожие по настроению

Размолвка (Редакция)

Алексей Кольцов

Бывало, ты — Мне друг и брат; А нынче — грех И вымолвить, Как ты ко мне Суров, угрюм! Молчанье, взор, Движенье, вид Как бы твердят: Незванный гость.

Другой отсчет

Андрей Дементьев

Нельзя небрежно жить. Забывчиво дружить. Небрежность — это лень. Душевная бестактность. Уже который день Вхожу с тобой в контакты. А ты со мной небрежна. Как будто даришь мне Последнюю надежду Побыть наедине. Среди прекрасных комнат, Как старенький мотив, Меня случайно помнят, Умышленно забыв. Придет иное время И все перечеркнет. И старой дружбы бремя Начнет другой отсчет.

Расстались мы, и встретимся ли снова

Аполлон Григорьев

Расстались мы — и встретимся ли снова, И где и как мы встретимся опять, То знает бог, а я отвык уж знать, Да и мечтать мне стало нездорово… Знать и не знать — ужель не всё равно? Грядущее — неумолимо строго, Как водится… Расстались мы давно, И, зная то, я знаю слишком много… Поверье то, что знание беда, — Сбывается. Стареем мы прескоро В наш скорый век. Так в ночь, от приговора, Седеет осужденный иногда.

Только справа соседа закроют

Борис Рыжий

Только справа соседа закроют, откинется слева: если кто обижает, скажи, мы соседи, сопляк. А потом загремит дядя Саша, и вновь дядя Сева в драной майке на лестнице: так, мол, Бориска, и так, если кто обижает, скажи. Так бы жили и жили, но однажды столкнулись — какой-то там тесть или зять из деревни — короче, они мужика замочили. Их поймали, и не некому стало меня защищать. Я зачем тебе это сказал, а к тому разговору, что вчера на башке на моей ты нашла серебро, — жизнь проходит, прикинь! Дай мне денег, я двину к собору, эти свечи поставлю, отвечу добром на добро.

Ничего не вернуть

Георгий Иванов

Ничего не вернуть. И зачем возвращать? Разучились любить, разучились прощать, Забывать никогда не научимся…Спит спокойно и сладко чужая страна. Море ровно шумит. Наступает весна В этом мире, в котором мы мучимся.

Дележ

Иван Саввич Никитин

Да, сударь мой, нередко вот бывает! Отец на стол, а детки за дележ, И брата брат за шиворот хватает… Из-за чего? И в толк-ат не возьмешь! У вас-то, бар, я чаю, нет разлада… А мужики, известно, вахлаки: У них за грош — остуда и досада, За гривенник какой-нибудь — пинки! Тут из-за баб, детишек выйдет злоба… Вот мы теперь: всего-то двое нас — Мой брат да я; женаты, сударь, оба, И хлеб всегда имели про запас; И жили бы себе, домком сбирались… Нет, погоди! Вишь, жены не в ладу: Вон у одной коты поистаскались… «Я, — говорит, — на речку не пойду; Пускай идет невестка, коли хочет, Ей муж успел обнову-то купить…» А та себе, как бешеная, вскочит. Начнет вот так руками разводить И ну кричать! «А ты что за дворянка? Котов-де нет, да села и сидит…» И тут пойдет такая перебранка,. Что у тебя в ушах инда звенит. Брат за жену, глядишь, замолвит слово И дурою мою-то назовет, А у тебя на слово пять готово, — Boт, сударь мой, потеха и пойдет! Всё это так… И при отце бывало. Да старичок нас скоро разводил; Чуть крикнет! «Эй!» — бежишь куда попало, Не то — беда! Ох, крут покойник был! Как помер он, мой брат и позазнался; Срамит меня, срамит мою жену» Вы, дескать, что? Старшим-то я остался, Я, говорит, вас вот как поверну! И повернул… Тут надо лык на лапти — Он бражничать возьмется да гулять; Ты цеп берешь — он ляжет на полати… Ну, одному не растянуться стать. Жена его всё, знаешь, поджигает! «Делись, дескать! Твой брат-то лежебо, Как куколку жену-то снаряжает, Исподтишка весь дом поразволок…» Сама-то, вишь, она скупенька больно, Готова век в отрепьях пропадать, Да любит жить хозяйкой самовольной. По-своему всё, знаешь, повершать. Ну, а моя бабенка не сварлива, А грех таить — от щегольства не прочь, Да и того… в работе-то ленива, Что есть, то есть, — тут ложью не помочь. Вот, сударь мой, и завязалось дело: Что день, то шум, под шумом и заснешь; И брату-то все это надоело, И мне равно, — и начали дележ… Сперва-то мы по совести делились, Не сладили — взялись было за суд; Ну, кое-как в расправе помирились, Остался спор за старенький хомут… И я кричу, и брат не уступает: «Нет, — говорит, — хоть тресни, не отдам!» Я за шлею, — он, знаешь, вырывает Да норовит ударить по рукам. И смех и грех!.. Стоим за дрянь горою!.. Вдруг, сударь мой, моргнуть я не успел, Как крикнул брат: «Возьми, пусть за тобою!» — Да на меня хомут-то и надел. Я сгоряча в шлее позапутлялся; Народ орет: «Вот, обрядил коня!..» Уж так-то я в ту пору растерялся — Инда слеза прошибла у меня!.. Вам, сударь, смех… Нет, тут смешного мало: Ведь брат-то мой по-барски чаял жить; Взялся за гуж — ан силы недостало, Тужил, тужил — и начал с горя пить. И мне не мед… Ведь праздников не знаешы Работаешь, спины не разогнешь, Чуть непогодь — все стонешь да перхаешь… Вот, сударь мой мужицкий-то дележ!

По линейке, по правилу

Наталья Горбаневская

По линейке, по правилу целый век проживя – что тебя переправило к берегам без жилья,без того и без энтого, словом, без ничего, счастья одномоментного не щадит существо,не жалеет эссенция экзистенции зол, серый-пепельный светится под углями подзол,тянешь плуг или борону, под отвалом зола, по ту сторону и добра, брат, и зла.

Мы мирились порой и с большими обидами

Наум Коржавин

Мы мирились порой и с большими обидами, И прощали друг другу, взаимно забыв. Отчужденье приходит всегда неожиданно, И тогда пустяки вырастают в разрыв. Как обычно поссорились мы этим вечером. Я ушел… Но внезапно средь затхлости лестниц Догадался, что, собственно, делать нам нечего И что сделано все, что положено вместе. Лишь с привычкой к теплу расставаться не хочется… Пусть. Но время пройдет, и ты станешь решительней. И тогда — как свободу приняв одиночество, Вдруг почувствуешь город, где тысячи жителей.

Присказки

Сергей Дуров

Есть люди в памяти моей, Которых видел я когда-то; Судьба меня и тех людей Ничем не связывала свято. Любви не мог я ждать от них, Бояться их едва ли можно; Труда не стоит помнить их, А позабыть их невозможно…

Давным-давно

Владимир Солоухин

Давным-давно известно людям, Что при разрыве двух людей Сильнее тот, кто меньше любит, Кто больше любит, тот слабей. Но я могу сказать иначе, Пройдя сквозь ужас этих дней: Кто больше любит, тот богаче, Кто меньше любит, тот бедней. Средь ночи злой, средь ночи длинной, Вдруг возникает крик в крови: О боже, смилуйся над милой, Пошли ей капельку любви!

Другие стихи этого автора

Всего: 440

Не оставляйте матерей одних…

Андрей Дементьев

Не оставляйте матерей одних, Они от одиночества стареют. Среди забот, влюбленности и книг Не забывайте с ними быть добрее. Им нежность ваша – Это целый мир. Им дорога любая ваша малость. Попробуйте представить хотя б на миг Вы в молодости собственную старость. Когда ни писем от детей, ни встреч, И самый близкий друг вам – телевизор Чтоб маму в этой жизни поберечь, Неужто нужны просьбы или визы? Меж вами ни границ и ни морей. Всего-то надо Сесть в трамвай иль поезд. Не оставляйте в прошлом матерей, Возьмите их в грядущее с собою.

Баллада о матери

Андрей Дементьев

Постарела мать за много лет, А вестей от сына нет и нет. Но она всё продолжает ждать, Потому что верит, потому что мать. И на что надеется она? Много лет, как кончилась война. Много лет, как все пришли назад, Кроме мёртвых, что в земле лежат. Сколько их в то дальнее село, Мальчиков безусых, не пришло. ...Раз в село прислали по весне Фильм документальный о войне, Все пришли в кино — и стар, и мал, Кто познал войну и кто не знал, Перед горькой памятью людской Разливалась ненависть рекой. Трудно было это вспоминать. Вдруг с экрана сын взглянул на мать. Мать узнала сына в тот же миг, И пронёсся материнский крик; — Алексей! Алёшенька! Сынок! —  Словно сын её услышать мог. Он рванулся из траншеи в бой. Встала мать прикрыть его собой. Всё боялась — вдруг он упадёт, Но сквозь годы мчался сын вперёд. — Алексей! — кричали земляки. — Алексей! — просили, — добеги!.. Кадр сменился. Сын остался жить. Просит мать о сыне повторить. И опять в атаку он бежит. Жив-здоров, не ранен, не убит. — Алексей! Алёшенька! Сынок! —  Словно сын её услышать мог... Дома всё ей чудилось кино... Всё ждала, вот-вот сейчас в окно Посреди тревожной тишины Постучится сын её с войны.

Нет женщин нелюбимых

Андрей Дементьев

Нет женщин нелюбимых, Невстреченные есть, Проходит кто-то мимо, когда бы рядом сесть. Когда бы слово молвить И все переменить, Былое света молний Как пленку засветить. Нет нелюбимых женщин, И каждая права — как в раковине жемчуг В душе любовь жива, Все в мире поправимо, Лишь окажите честь, Нет женщин нелюбимых, Пока мужчины есть.

Показалось мне вначале

Андрей Дементьев

Показалось мне вначале, Что друг друга мы встречали. В чьей-то жизни, в чьем-то доме… Я узнал Вас по печали. По улыбке я Вас вспомнил. Вы такая же, как были, Словно годы не промчались. Может, вправду мы встречались? Только Вы о том забыли…

Никогда ни о чем не жалейте

Андрей Дементьев

Никогда ни о чем не жалейте вдогонку, Если то, что случилось, нельзя изменить. Как записку из прошлого, грусть свою скомкав, С этим прошлым порвите непрочную нить. Никогда не жалейте о том, что случилось. Иль о том, что случиться не может уже. Лишь бы озеро вашей души не мутилось Да надежды, как птицы, парили в душе. Не жалейте своей доброты и участья. Если даже за все вам — усмешка в ответ. Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство… Не жалейте, что вам не досталось их бед. Никогда, никогда ни о чем не жалейте — Поздно начали вы или рано ушли. Кто-то пусть гениально играет на флейте. Но ведь песни берет он из вашей души. Никогда, никогда ни о чем не жалейте — Ни потерянных дней, ни сгоревшей любви. Пусть другой гениально играет на флейте, Но еще гениальнее слушали вы.

Баллада о верности

Андрей Дементьев

Отцы умчались в шлемах краснозвездных. И матерям отныне не до сна. Звенит от сабель над Россией воздух. Копытами разбита тишина. Мужей ждут жены. Ждут деревни русские. И кто-то не вернется, может быть… А в колыбелях спят мальчишки русые, Которым в сорок первом уходить. [B]1[/B] Заслышав топот, за околицу Бежал мальчонка лет шести. Все ждал: сейчас примчится конница И батька с флагом впереди. Он поравняется с мальчишкой, Возьмет его к себе в седло… Но что-то кони медлят слишком И не врываются в село. А ночью мать подушке мятой Проплачет правду до конца. И утром глянет виновато На сына, ждущего отца. О, сколько в годы те тревожные Росло отчаянных парней, Что на земле так мало прожили, Да много сделали на ней. [B]2[/B] Прошли года. В краю пустынном Над старым холмиком звезда. И вот вдова с любимым сыном За сотни верст пришла сюда. Цвели цветы. Пылало лето. И душно пахло чебрецом. Вот так в степи мальчишка этот Впервые встретился с отцом. Прочел, глотая слезы, имя, Что сам носил двадцатый год… Еще не зная, что над ними Темнел в тревоге небосвод, Что скоро грянет сорок первый, Что будет смерть со всех сторон, Что в Польше под звездой фанерной Свое оставит имя он. …Вначале сын ей снился часто. Хотя война давно прошла, Я слышу: кони мчатся, мчатся. Все мимо нашего села. И снова, мыкая бессонницу, Итожа долгое житье, Идет старушка за околицу, Куда носился сын ее. «Уж больно редко,— скажет глухо, Дают военным отпуска…» И этот памятник разлукам Увидит внук издалека.

Баллада о любви

Андрей Дементьев

— Я жить без тебя не могу, Я с первого дня это понял… Как будто на полном скаку Коня вдруг над пропастью поднял. — И я без тебя не могу. Я столько ждала! И устала. Как будто на белом снегу Гроза мою душу застала. Сошлись, разминулись пути, Но он ей звонил отовсюду. И тихо просил: «Не грусти…» И тихое слышалось: «Буду…» Однажды на полном скаку С коня он свалился на съемках… — Я жить без тебя не могу,— Она ему шепчет в потемках. Он бредил… Но сила любви Вновь к жизни его возвращала. И смерть уступила: «Живи!» И все начиналось сначала. — Я жить без тебя не могу…— Он ей улыбался устало, — А помнишь на белом снегу Гроза тебя как-то застала? Прилипли снежинки к виску. И капли росы на ресницах… Я жить без тебя не смогу, И значит, ничто не случится.

Бессонницей измотаны

Андрей Дементьев

Бессонницей измотаны, Мы ехали в Нью-Йорк. Зеленый мир за окнами Был молчалив и строг. Лишь надписи нерусские На стрелках и мостах Разрушили иллюзию, Что мы в родных местах. И вставленные в рамку Автобусных окон, Пейзажи спозаранку Мелькали с двух сторон. К полудню небо бледное Нахмурило чело. Воображенье бедное Метафору нашло, Что домиков отпадных Так непривычен стиль, Как будто бы нежданно Мы въехали в мультфильм.

В деревне

Андрей Дементьев

Люблю, когда по крыше Дождь стучит, И все тогда во мне Задумчиво молчит. Я слушаю мелодию дождя. Она однообразна, Но прекрасна. И все вокруг с душою сообразно. И счастлив я, Как малое дитя. На сеновале душно пахнет сеном. И в щели льет зеленый свет травы. Стихает дождь… И скоро в небе сером Расплещутся озера синевы. Стихает дождь. Я выйду из сарая. И все вокруг Как будто в первый раз. Я радугу сравню с вратами рая, Куда при жизни Я попал сейчас.

В любви мелочей не бывает

Андрей Дементьев

В любви мелочей не бывает. Все высшего смысла полно…Вот кто-то ромашку срывает. Надежды своей не скрывает. Расставшись — Глядит на окно.В любви мелочей не бывает. Все скрытого смысла полно… Нежданно печаль наплывает. Улыбка в ответ остывает, Хоть было недавно смешно. И к прошлым словам не взывает. Они позабыты давно. Так, значит, любовь убывает. И, видно, уж так суждено. В любви мелочей не бывает. Все тайного смысла полно…

В саду

Андрей Дементьев

Вторые сутки Хлещет дождь. И птиц как будто Ветром вымело. А ты по-прежнему Поешь,— Не знаю, Как тебя по имени. Тебя не видно — Так ты мал. Лишь ветка Тихо встрепенется… И почему в такую хмарь Тебе так весело поется?

Ватерлоо

Андрей Дементьев

Так вот оно какое, Ватерлоо! Где встретились позор и торжество. Британский лев грозит нам из былого С крутого пьедестала своего. Вот где-то здесь стоял Наполеон. А может быть, сидел на барабане. И шум сраженья был похож: на стон, Как будто сам он был смертельно ранен. И генерал, едва держась в седле, Увидел — Император безучастен. Он вспомнил вдруг, Как на иной земле Ему впервые изменило счастье. Я поднимаюсь на высокий холм. Какая ширь и красота для взора! Кто знал, что в этом уголке глухом Его ждало бессмертие позора.