Осинка

А.М. Ремизову1 По полям, по кустам, По крутым горам, По лихим ветрам, По звериным тропам Спешит бобыль-сиротинка Ко святым местам — Бежит в пространство Излечиться от пьянства. Присел под осинкой Бобыль-сиротинка. «Сломи меня в корне», — Осинка лепечет листвяная — Лепечет Ветром пьяная — Над откосами В ветре виснет; Слезными росами Праздно прыснет — — «Сломи меня в корне», — Осинка лепечет. Осинка — кружев узорней — Лепечет В лес, в холод небес, В холод горний — — «Сломи меня в корне», — Осинка лепечет. Листики пламенные Мечет В провалы каменные, — Всё злей, всё упорней — «Сломи меня в корне», — Лепечет: Бормочет В сердитой сырости, Листами трескочет: «Свой посох Скорей — Багрецом перевитый, Свой посох — Скорее Сломи ты: — Твои посох В серебре Да в серебряных росах. Твой посох Тебе не изменит: — Врагов одорожных в пространство Размечет — От пьянства Излечит». Молчит сиротинка Да чинит Свой лапоть Над склоном зеленым. Согнется поклоном, — И хочет Его молодая осинка Слезами своими окапать. 2 И срезал осинку Да с ней и пошел в путь-дороженьку — По полям, по кустам. По крутым горам, По лихим ветрам, По звериным тропам Ко святым местам — Славит господа-боженьку: «Господи-боженька, Мой посох Во слезах — Во серебряных росах. Ныне, убоженький, С откосов В пустыни Воздвигаю свой посох. Господи-боженька. Ныне сим посохом Окропляю пространства: Одеваю пространства: В золотые убранства — Излечи меня от пьянства! В путь-дороженьку Уносите меня, ноженьки, — По полям, по кустам Ко святым местам». 3 Привели сиротинку кривые Ноги Под склон пологий. Привели сиротинку сухие Ветви В места лихие. — «Замолю здесь грехи я», Зашел в кабачишко — Увязали бутыль С огневицею — С прелюбезной сестрицею. Курил табачишко. Под вышкой песчаной Склонил нос багряный В пыль. Бобыль — Пьяница! У бобыля нос — Румянится! — «Ты скажи мне, былиночка, Как величают места сии?» Отвечала былиночка: «Места сии — Места лихие, Песчаные: Здесь шатаются пьяные — Места лихие Зеленого Змия». — «Замолю здесь грехи я!» 4 Плыла из оврага Вечерняя мгла; И, булькая, влага Его обожгла. Картуз на затылок надвинул, Лаптями взвевая ленивую пыль. Лицо запрокинул, К губам прижимая бутыль. Шатался детина — Шатался дорогой кривой; Вскипела равнина И взвеяла прах над его головой; Кивала кручина Полынной метлой; — Подсвистнула ей хворостина В руках багряневшей листвой: «Ты — мой, сиротина, Ты — мой!» Рванулась, Мотнулась, Помчалась в поля — Кружится, Пляшет Вокруг бобыля: «Бобыль — Пьяница: У бобыля — Нос румянится» — Кружится, Пляшет, — Руками своими Сухими, Колючими машет. На смех тучам — Шутам полевым и шутихам — Пляшет По кручам! . . . . . . . . . . . . . . . Гой еси, широкие поля! Гой еси, всея Руси поля! — Не поминайте лихом Бобыля!