Собака и вор
Старой обычай и давная мода, Были бъ ворота всегда на крѣпи. Въ домѣ, всегда, у приказнова рода, Песъ, на часахъ, у воротъ на цѣпи. Дворникъ забывшись не заперъ калитки; Слѣдственно можно втереться во дворъ. Въ вымыслахъ мудрыя остры и прытки: Входитъ мудрецъ тутъ, а именно воръ. Ластится, ластится льстецъ, ко собакѣ, Бросилъ ей жирнова мяса кусокъ: Песъ разсердясь закричалъ будто въ дракѣ: Рвешся напрасно нахалъ, а не въ прокъ: Воръ подкупити меня предпримаешъ, Хочешъ прибраться ты къ нашимъ крохамъ Вѣрна подарками пса не сломаешъ; Я не повинна приказнымъ грѣхамъ. Знаю сево я привѣтства причину; В завтрѣ пожалуй, да въ день а не въ ночь, Мясо снеси къ моему господину; Онъ до подарковъ поболѣ охочъ.
Похожие по настроению
Волкъ и собака
Александр Петрович Сумароков
Приятняй города гораздо лѣтомъ лѣсъ. Въ прекрасны Майски дни былъ тамъ нежирный песъ: А я не знаю прямо, Прогуливался ль тамо, Иль пищи онъ искалъ; Хотя въ лѣсу и густо; Захочется ль гулять когда въ желудкѣ пусто? Насилу ноги песъ отъ голоду таскалъ; Конечно пищею онъ тамъ себѣ ласкалъ: Не много надобно на ето толку; Однако дождался песъ новыхъ бѣдъ, Достался на обѣдъ Онъ самъ, голодну волку: Пришелъ собакѣ той изъ свѣта вонъ отъѣздъ. Хоть песъ не жиренъ, Однако волкъ и кости ѣстъ. Собака знаетъ то, что волкъ не смиренъ, И что изрядной онъ солдатъ, И что хоть онъ безъ латъ, Когда надуетъ губу, Не скоро прокусить ево удобно шубу. Пса волкъ привѣтствуетъ: здорово сватъ: Не хочешъ ли ты, братъ, Барахтаться со мной, и силъ моихъ отвѣдать? Поймалъ собаку волкъ, и хочетъ пообѣдать. Собака говоритъ: пусти меня домой, И называется она ему кумой, Любезной куманекъ, пусти сударикъ мой, Пусти меня домой: Изволь послушать, Пусти меня и дай еще ты мнѣ покушать! Въ дому у насъ великой будетъ пиръ, Сберстся къ намъ весь миръ: Такъ я остатками стола поразжирѣю, И куманьку на кушанье созрѣю. Приди ты послѣ къ намъ, А я живу вотъ тамъ. Песъ правду говоритъ, волкъ ето видитъ самъ. Поѣхала домой кума, оставивъ куму Надежду и веселу думу. По времени тамъ онъ стучался у воротъ; Но дѣло то пошло совсѣмъ на оборотъ; Воротникъ былъ въ три пуда Песъ; Тяжелъ тотъ волку вѣсъ; Боялся волкъ мой худа, И утекалъ оттоль, большою рысью, въ лѣсъ.
Собачкины огорчения
Борис Владимирович Заходер
В лесочке над речкой Построена дачка. На дачке живёт Небольшая собачка. Собачка довольна И лесом, и дачей, Но есть огорчения В жизни собачей. Во-первых, Собачку слегка обижает, Что дачу Высокий забор окружает. Ведь если б не этот Противный забор, То с кошками Был бы другой разговор! Её огорчает, Что люди забыли Придумать Собачкины автомобили. Собачка Обиды терпеть не желает: Она на машины отчаянно лает! Ей грустно глядеть На цветочные грядки: Они у хозяев В таком беспорядке! Однажды собачка их славно вскопала, И ей же — представьте! — За это попало! Хозяин Собачку за стол не сажает, И это, понятно, её обижает: Не так уж приятно Приличной собачке Сидеть на полу, Ожидая подачки! Но дайте собачке Кусочек печенья — И сразу окончатся Все огорченья!
Дворняжка
Евгений Агранович
Простая дворняга запела: — Не в предках, я думаю, дело. Не помню ни маму, ни папу… И всё-таки можете смело Пожать мою честную лапу. Сильнее огромного пса я, Когда я хозяйку спасаю. Я страха не ведаю в драке, А многие люди, я знаю, Не могут любить, как собаки. Хоть я не из принцев, поверьте, Хозяйке я предан до смерти. Породой блистать не рискую, Но знаю, за верное сердце Я взял бы медаль золотую.
О собаках
Геннадий Федорович Шпаликов
Я со псом разговаривал ночью, Объясняясь,— наедине,— Жизнь моя удается не очень, Удается она не вполне. Ну, а все же, а все же, а все же,— Я спросил у случайного пса,— Я не лучше, но я и не плоше, Как и ты — среди псов — не краса. Ты не лучший, единственный — верно, На меня ты печально глядишь, Я ж смотрю на тебя суеверно, Объясняя собачую жизнь. Я со псом разговаривал ночью, Разговаривал — наедине,— И выходит — у псов жизнь не очень, Удается она не вполне.
Собака
Иван Алексеевич Бунин
Мечтай, мечтай. Все уже и тусклей Ты смотришь золотистыми глазами На вьюжный двор, на снег, прилипший к раме, На метлы гулких, дымных тополей. Вздыхая, ты свернулась потеплей У ног моих — и думаешь… Мы сами Томим себя — тоской иных полей, Иных пустынь… за пермскими горами. Ты вспоминаешь то, что чуждо мне: Седое небо, тундры, льды и чумы В твоей студеной дикой стороне. Но я всегда делю с тобою думы: Я человек: как бог, я обречен Познать тоску всех стран и всех времен.
Собака
Иван Андреевич Крылов
У барина была Собака шаловлива, Хоть нужды не было Собаке той ни в чем: Иная бы таким житьем Была довольна и счастлива И не подумала бы красть! Но уж у ней была такая страсть: Что из мясного ни достанет, В минуту стянет. Хозяин сладить с ней не мог, Как он ни бился, Пока его приятель не вступился И в том ему советом не помог. «Послушай», говорит: «хоть, кажется, ты строг, Но ты лишь красть Собаку приучаешь, Затем, что краденый кусок Всегда ей оставляешь. А ты вперед ее хоть меньше бей, Да кражу отнимай у ней». Едва лишь на себе Собака испытала Совет разумный сей,— Шалить Собака перестала.
Собака (Стихотворение в прозе)
Иван Сергеевич Тургенев
Нас двое в комнате: собака моя и я. На дворе воет страшная, неистовая буря. Собака сидит передо мною — и смотрит мне прямо в глаза. И я тоже гляжу ей в глаза. Она словно хочет сказать мне что-то. Она немая, она без слов, она сама себя не понимает — но я ее понимаю. Я понимаю, что в это мгновенье и в ней и во мне живет одно и то же чувство, что между нами нет никакой разницы. Мы тожественны; в каждом из нас горит и светится тот же трепетный огонек. Смерть налетит, махнет на него своим холодным широким крылом… И конец! Кто потом разберет, какой именно в каждом из нас горел огонек? Нет! это не животное и не человек меняются взглядами… Это две пары одинаковых глаз устремлены друг на друга. И в каждой из этих пар, в животном и в человеке — одна и та же жизнь жмется пугливо к другой.
Вор
Николай Алексеевич Некрасов
Спеша на званый пир по улице прегрязной, Вчера был поражен я сценой безобразной: Торгаш, у коего украден был калач, Вздрогнув и побледнев, вдруг поднял вой и плач И, бросясь от лотка, кричал: «Держите вора!» И вор был окружен и остановлен скоро. Закушенный калач дрожал в его руке; Он был без сапогов, в дырявом сертуке; Лицо являло след недавнего недуга, Стыда, отчаянья, моленья и испуга… Пришёл городовой, подчаска подозвал, По пунктам отобрал допрос отменно строгой, И вора повели торжественно в квартал. Я крикнул кучеру: «Пошёл своей дорогой!» — И Богу поспешил молебствие принесть За то, что у меня наследственное есть…
О собаках
Николай Михайлович Рубцов
Не могу я видеть без грусти Ежедневных собачьих драк, — В этом маленьком захолустье Поразительно много Собак! Есть мордастые — всякой масти! Есть поджарые — всех тонов! Только тронь — разорвут на части Иль оставят вмиг без штанов. Говорю о том не для смеху, Я однажды подумал так: Да! Собака — друг человеку. Одному, А другому — враг…
Битый пес
Петр Вяземский
Пес лаял на воров; пса утром отодрали — За то, что лаем смел встревожить барский сон. Пес спал в другую ночь; дом воры обокрали: Отодран пес за то, зачем не лаял он.
Другие стихи этого автора
Всего: 564Ода о добродетели
Александр Петрович Сумароков
Всё в пустом лишь только цвете, Что ни видим,— суета. Добродетель, ты на свете Нам едина красота! Кто страстям себя вверяет, Только время он теряет И ругательство влечет; В той бесчестие забаве, Кая непричастна славе; Счастье с славою течет.Чувствуют сердца то наши, Что природа нам дала; Строги стоики! Не ваши Проповедую дела. Я забав не отметаю, Выше смертных не взлетаю, Беззакония бегу И, когда его где вижу, Паче смерти ненавижу И молчати не могу.Смертным слабости природны, Трудно сердцу повелеть, И старания бесплодны Всю природу одолеть, А неправда с перва века Никогда для человека От судьбины не дана; Если честность мы имеем, Побеждать ее умеем, Не вселится в нас она.Не с пристрастием, но здраво Рассуждайте обо всем; Предпишите оно право, Утверждайтеся на нем: Не желай другому доли Никакой, противу воли, Тако, будто бы себе. Беспорочна добродетель, Совести твоей свидетель, Правда — судия тебе.Не люби злодейства, лести, Сребролюбие гони; Жертвуй всем и жизнью — чести, Посвящая все ей дни: К вечности наш век дорога; Помни ты себя и бога, Гласу истины внемли: Дух не будет вечно в теле; Возвратимся все отселе Скоро в недра мы земли.
Во век отеческим языком не гнушайся
Александр Петрович Сумароков
Во век отеческим языком не гнушайся, И не вводи в него Чужого, ничего; Но собственной своей красою украшайся.
Язык наш сладок
Александр Петрович Сумароков
Язык наш сладок, чист, и пышен, и богат; Но скудно вносим мы в него хороший склад; Так чтоб незнанием его нам не бесславить, Нам нужно весь свой склад хоть несколько поправить.
Трепещет, и рвется
Александр Петрович Сумароков
Трепещет, и рвется, Страдает и стонет. Он верного друга, На брег сей попадша, Желает объяти, Желает избавить, Желает умреть!Лицо его бледно, Глаза утомленны; Бессильствуя молвить, Вздыхает лишь он!
Всегда болван — болван, в каком бы ни был чине
Александр Петрович Сумароков
Всегда болван — болван, в каком бы ни был чине. Овца — всегда овца и во златой овчине. Хоть холя филину осанки придает, Но филин соловьем вовек не запоет. Но филин ли один в велику честь восходит? Фортуна часто змей в великий чин возводит. Кто ж больше повредит — иль филин, иль змея? Мне тот и пагубен, которым стражду я. И от обеих их иной гораздо трусит: Тот даст его кусать, а та сама укусит.
О места, места драгие
Александр Петрович Сумароков
О места, места драгие! Вы уже немилы мне. Я любезного не вижу В сей прекрасной стороне. Он от глаз моих сокрылся, Я осталася страдать И, стеня, не о любезном — О неверном воздыхать.Он игры мои и смехи Превратил мне в злу напасть, И, отнявши все утехи, Лишь одну оставил страсть. Из очей моих лиется Завсегда слез горьких ток, Что лишил меня свободы И забав любовных рок.По долине сей текущи Воды слышали твой глас, Как ты клялся быть мне верен, И зефир летал в тот час. Быстры воды пробежали, Легкий ветер пролетел, Ах! и клятвы те умчали, Как ты верен быть хотел.Чаю, взор тот, взор приятный, Что был прежде мной прельщен, В разлучении со мною На иную обращен; И она те ж нежны речи Слышит, что слыхала я, Удержися, дух мой слабый, И крепись, душа моя!Мне забыть его не можно Так, как он меня забыл; Хоть любить его не должно, Он, однако, всё мне мил. Уж покою томну сердцу Не имею никогда; Мне прошедшее веселье Вображается всегда.Весь мой ум тобой наполнен, Я твоей привыкла слыть, Хоть надежды я лишилась, Мне нельзя престать любить. Для чего вы миновались, О минуты сладких дней! А минув, на что остались Вы на памяти моей.О свидетели в любови Тайных радостей моих! Вы то знаете, о птички, Жители пустыней сих! Испускайте глас плачевный, Пойте днесь мою печаль, Что, лишась его, я стражду, А ему меня не жаль!Повторяй слова печальны, Эхо, как мой страждет дух; Отлетай в жилища дальны И трони его тем слух.
Не гордитесь, красны девки
Александр Петрович Сумароков
Не гордитесь, красны девки, Ваши взоры нам издевки, Не беда. Коль одна из вас гордится, Можно сто сыскать влюбиться Завсегда. Сколько на небе звезд ясных, Столько девок есть прекрасных. Вить не впрямь об вас вздыхают, Всё один обман.
Лжи на свете нет меры
Александр Петрович Сумароков
Лжи на свете нет меры, То ж лукавство да то ж. Где ни ступишь, тут ложь; Скроюсь вечно в пещеры, В мир не помня дверей: Люди злее зверей.Я сокроюсь от мира, В мире дружба — лишь лесть И притворная честь; И под видом зефира Скрыта злоба и яд, В райском образе ад.В нем крючок богатится, Правду в рынок нося И законы кося; Льстец у бар там лестится, Припадая к ногам, Их подобя богам.Там Кащей горько плачет: «Кожу, кожу дерут!» Долг с Кащея берут; Он мешки в стену прячет, А лишась тех вещей, Стонет, стонет Кащей.
Жалоба (Мне прежде, музы)
Александр Петрович Сумароков
Мне прежде, музы, вы стихи в уста влагали, Парнасским жаром мне воспламеняя кровь. Вспевал любовниц я и их ко мне любовь, А вы мне в нежности, о музы! помогали. Мне ныне фурии стихи в уста влагают, И адским жаром мне воспламеняют кровь. Пою злодеев я и их ко злу любовь, А мне злы фурии в суровстве помогают.
Если девушки метрессы
Александр Петрович Сумароков
Если девушки метрессы, Бросим мудрости умы; Если девушки тигрессы, Будем тигры так и мы.Как любиться в жизни сладко, Ревновать толико гадко, Только крив ревнивых путь, Их нетрудно обмануть.У муринов в государстве Жаркий обладает юг. Жар любви во всяком царстве, Любится земной весь круг.
Жалоба (Во Франции сперва стихи)
Александр Петрович Сумароков
Во Франции сперва стихи писал мошейник, И заслужил себе он плутнями ошейник; Однако королем прощенье получил И от дурных стихов французов отучил. А я мошейником в России не слыву И в честности живу; Но если я Парнас российский украшаю И тщетно в жалобе к фортуне возглашаю, Не лучше ль, коль себя всегда в мученьи зреть, Скоряе умереть? Слаба отрада мне, что слава не увянет, Которой никогда тень чувствовать не станет. Какая нужда мне в уме, Коль только сухари таскаю я в суме? На что писателя отличного мне честь, Коль нечего ни пить, ни есть?
Всего на свете боле
Александр Петрович Сумароков
Всего на свете боле Страшитесь докторов, Ланцеты все в их воле, Хоть нет и топоров.Не можно смертных рода От лавок их оттерть, На их торговлю мода, В их лавках жизнь и смерть. Лишь только жизни вечной Они не продают. А жизни скоротечной Купи хотя сто пуд. Не можно смертных и проч. Их меньше гривны точка В продаже николи, Их рукописи строчка Ценою два рубли. Не можно смертных и проч.