Элегия (Уже ушли от нас играние и смехи) (первая редакция)
Уже ушли от нас играние и смехи. Предай минувшие забвению утехи! Дай власть свирепствовать жестоким временам! Воспоминание часов веселых нам, Часов, которые тобой меня прельщали И красотой твоей все чувства восхищали, В глубокой горести сугубит муки те, Которы ты нашла в несчастной красоте. Пусть будет лишь моя душа обремененна И жизнь на вечные печали осужденна; Пусть буду только я крушиться в сей любви, А ты в спокойствии и в радостях живи! О, в заблуждении безумное желанье! Когда скончается тех дней воспоминанье И простудит твою пылающую кровь, Где денется тогда твоя ко мне любовь? Но что мне помощи, что ты о мне вздыхаешь И дни прошедшие со плачем вспоминаешь? В претемном бедствии какую мысль приять? Чего несчастному в смущении желать? Мне кажется, как мы с тобою разлучились, Что все противности на мя вооружились, И ото всех сторон, стесненный дух томя, Случаи лютые стремятся здесь на мя И множат сердца боль в неисцелимой ране. Так ветры шумные на гордом океане Ревущею волной в корабль пресильно бьют И воду с пеной, злясь, в него из бездны льют. Терпи, о сердце, днесь болезнь неисцеленну! Сноси, моя душа, судьбину непременну! Теките из очей, потоки горьких слез! Все наши радости сердитый рок унес. Вздыхай о мне, вздыхай, возлюбленная, ныне; Но, ах! покорствуя случаям и судьбине, Всегдашнюю тоску, как можешь, умеряй И в сокрушении надежды не теряй! Претерпевай тоску, напасть и время скучно: Мы либо и опять жить будем неразлучно. Смягчись, жестокий рок, стенанье сократи И взяты радости несчастным возврати!
Похожие по настроению
Элегия (Безумных лет угасшее веселье…)
Александр Сергеевич Пушкин
Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье. Но, как вино — печаль минувших дней В моей душе чем старе, тем сильней. Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе Грядущего волнуемое море. Но не хочу, о други, умирать; Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать; И ведаю, мне будут наслажденья Меж горестей, забот и треволненья: Порой опять гармонией упьюсь, Над вымыслом слезами обольюсь, И может быть — на мой закат печальный Блеснет любовь улыбкою прощальной.
Элегия (Я думал, что любовь погасла навсегда…)
Александр Сергеевич Пушкин
Я думал, что любовь погасла навсегда, Что в сердце злых страстей умолкнул глас мятежный. Что дружбы наконец отрадная звезда Страдальца довела до пристани надежной. Я мнил покоиться близ верных берегов, Уж издали смотреть, указывать рукою На парус бедственный пловцов, Носимых яростной грозою. И я сказал: «Стократ блажен, Чей век, свободный и прекрасный, Как век весны промчался ясной И страстью не был омрачен, Кто не страдал в любви напрасной, Кому неведом грустный плен. Блажен! но я блаженней боле. Я цепь мученья разорвал, Опять я дружбе… я на воле — И жизни сумрачное поле Веселый блеск очаровал!» Но что я говорил… несчастный! Минуту я заснул в неверной тишине, Но мрачная любовь таилася во мне, Не угасал мой пламень страстный. Весельем позванный в толпу друзей моих, Хотел на прежний лад настроить резву лиру, Хотел еще воспеть прелестниц молодых, Веселье, Вакха и Дельфиру. Напрасно!., я молчал; усталая рука Лежала, томная, на лире непослушной, Я все еще горел — и в грусти равнодушной На игры младости взирал издалека. Любовь, отрава наших дней, Беги с толпой обманчивых мечтаний. Не сожигай души моей, Огонь мучительных желаний. Летите, призраки… Амур, уж я не твой, Отдай мне радости, отдай мне мой покой… Брось одного меня в бесчувственной природе Иль дай еще летать надежды на крылах, Позволь еще заснуть и в тягостных цепях Мечтать о сладостной свободе.
Элегия
Александр Петрович Сумароков
В болезни страждешь ты… В моем нет сердце мочи Без крайней горести воззрети на тебя. Восплачьте вы, мои, восплачьте, смутны очи, Пустите токи слез горчайших из себя! Рок лютый, умягчись, ты паче мер ужасен, Погибни от моих отягощенных дум И сделай, чтобы страх и трепет был напрасен! Пронзенна грудь моя, и расточен весь ум. О яростны часы! Жестокой время муки! Я всем терзаюся, что в мысли ни беру. Стерплю ли я удар должайшия разлуки, Когда зла смерть… И я, и я тогда умру. Такою же сражусь, такою же судьбою, В несносной жалости страдая и стеня. Умру, любезная, умру и я с тобою, Когда сокроешься ты вечно от меня.
Элегия (Я чаялъ, что свои я узы разрешилъ)
Александр Петрович Сумароков
Я чаялъ, что свои я узы разрѣшилъ, И мыслилъ, что любовь я въ дружбу премѣнилъ; Ужъ мысли нѣжныя меня не восхищали; Заразы глазъ драгихъ въ умѣ не пребывали. И скука и тоска изъ серца вышли вонъ. Я радостны часы какъ сладкій помнилъ сонъ; А дни, въ которыя разстался я съ тобою, Драгая… Почиталъ я стратною мечтою. Но только лишъ сей взоръ что серце мнѣ пронзалъ, Который тмы утѣхъ и грустей приключалъ, Въ глаза мои сверкнулъ; вся мысль моя смутилась, Жаръ въ кровь мою вступиль, и страсть возобновилась: Усилились твои присутственны красы, Вообразились тѣ мѣста и тѣ часы, Которыя тебя мнѣ въ очи представляли, И пламенный мой духъ и серце прохлаждали. Я чувствую опять твою, драгая власть: Хоть пламень былъ и скрытъ; не изчезала страсть. И можетъ ли кому то вѣчно быть забвенно Чѣмъ мысль наполненна, чѣмъ серце напоенно Что столько радостей и грустей нанесетъ! Еще тебя люблю, еще люблю мой свѣтъ. Ещель и ты меня, драгая не забыла? Или толь нѣжная любовь уже простыла? Твой зракъ, драгихъ тѣхъ мѣстъ, гдѣ я съ тобой бывалъ, По возвращеніи моемъ, не посѣщалъ. Какъ зрѣлась ты со мной огнемъ любви пылая! Воспомни, ахъ! Тѣ дни, воспомни дарагая!
Элегия (Смущайся томный духъ настали грусти люты)
Александр Петрович Сумароков
Смущайся томный духъ настали грусти люты, И окончалися дражайшія минуты: Простите радости играніе и см?хъ, Простите н?жности со множествомъ ут?хъ; Благополучный мой в?къ нын? укатился, И н?ть ужъ н?ть того ч?мъ я на св?т? льстился, О ты котора мн? любовью вручена, Разлучена!… Могу ль сіе снести я бремя, Немилосердый рокъ, презлополучно время, Не только истинна такой ужаcенъ сонъ, Возмите св?ть отъ глазъ и выньте духъ мой вонъ, Которымъ я дышу, сей воздухъ ненавижу, Чрезъ горы и л?са въ слезахъ тебя я вижу, Въ слезахъ любезная въ оставленной стран?. Ты плачетъ, перестань, не плачь, не плачь о мн?, Трепещетъ безъ того мой духъ и томны чл?ны. О градъ какъ мучась я твои оставилъ ст?ны, И въ нихъ прекрасную которой я гор?лъ, Три раза на тебя издалека возр?лъ, И вспоминая то ч?мъ прежде ут?шался, Три раза чувствія, дыханія лишался.
Тоска по милом
Василий Андреевич Жуковский
Дубрава шумит; Сбираются тучи; На берег зыбучий Склонившись, сидит В слезах, пригорюнясь, девица-краса; И полночь и буря мрачат небеса; И черные волны, вздымаясь, бушуют; И тяжкие вздохи грудь белу волнуют. «Душа отцвела; Природа уныла; Любовь изменила, Любовь унесла Надежду, надежду — мой сладкий удел. Куда ты, мой ангел, куда улетел? Ах, полно! я счастьем мирским насладилась: Жила, и любила… и друга лишилась. Теките струей Вы, слезы горючи; Дубравы дремучи, Тоскуйте со мной. Уж боле не встретить мне радостных дней; Простилась, простилась я с жизнью моей: Мой друг не воскреснет; что было, не будет… И бывшего сердце вовек не забудет. Ах! скоро ль пройдут Унылые годы? С весною — природы Красы расцветут… Но сладкое счастье не дважды цветет. Пускай же драгое в слезах оживет; Любовь, ты погибла; ты, радость, умчалась; Одна о минувшем тоска мне осталась».
Другие стихи этого автора
Всего: 564Ода о добродетели
Александр Петрович Сумароков
Всё в пустом лишь только цвете, Что ни видим,— суета. Добродетель, ты на свете Нам едина красота! Кто страстям себя вверяет, Только время он теряет И ругательство влечет; В той бесчестие забаве, Кая непричастна славе; Счастье с славою течет.Чувствуют сердца то наши, Что природа нам дала; Строги стоики! Не ваши Проповедую дела. Я забав не отметаю, Выше смертных не взлетаю, Беззакония бегу И, когда его где вижу, Паче смерти ненавижу И молчати не могу.Смертным слабости природны, Трудно сердцу повелеть, И старания бесплодны Всю природу одолеть, А неправда с перва века Никогда для человека От судьбины не дана; Если честность мы имеем, Побеждать ее умеем, Не вселится в нас она.Не с пристрастием, но здраво Рассуждайте обо всем; Предпишите оно право, Утверждайтеся на нем: Не желай другому доли Никакой, противу воли, Тако, будто бы себе. Беспорочна добродетель, Совести твоей свидетель, Правда — судия тебе.Не люби злодейства, лести, Сребролюбие гони; Жертвуй всем и жизнью — чести, Посвящая все ей дни: К вечности наш век дорога; Помни ты себя и бога, Гласу истины внемли: Дух не будет вечно в теле; Возвратимся все отселе Скоро в недра мы земли.
Во век отеческим языком не гнушайся
Александр Петрович Сумароков
Во век отеческим языком не гнушайся, И не вводи в него Чужого, ничего; Но собственной своей красою украшайся.
Язык наш сладок
Александр Петрович Сумароков
Язык наш сладок, чист, и пышен, и богат; Но скудно вносим мы в него хороший склад; Так чтоб незнанием его нам не бесславить, Нам нужно весь свой склад хоть несколько поправить.
Трепещет, и рвется
Александр Петрович Сумароков
Трепещет, и рвется, Страдает и стонет. Он верного друга, На брег сей попадша, Желает объяти, Желает избавить, Желает умреть!Лицо его бледно, Глаза утомленны; Бессильствуя молвить, Вздыхает лишь он!
Всегда болван — болван, в каком бы ни был чине
Александр Петрович Сумароков
Всегда болван — болван, в каком бы ни был чине. Овца — всегда овца и во златой овчине. Хоть холя филину осанки придает, Но филин соловьем вовек не запоет. Но филин ли один в велику честь восходит? Фортуна часто змей в великий чин возводит. Кто ж больше повредит — иль филин, иль змея? Мне тот и пагубен, которым стражду я. И от обеих их иной гораздо трусит: Тот даст его кусать, а та сама укусит.
О места, места драгие
Александр Петрович Сумароков
О места, места драгие! Вы уже немилы мне. Я любезного не вижу В сей прекрасной стороне. Он от глаз моих сокрылся, Я осталася страдать И, стеня, не о любезном — О неверном воздыхать.Он игры мои и смехи Превратил мне в злу напасть, И, отнявши все утехи, Лишь одну оставил страсть. Из очей моих лиется Завсегда слез горьких ток, Что лишил меня свободы И забав любовных рок.По долине сей текущи Воды слышали твой глас, Как ты клялся быть мне верен, И зефир летал в тот час. Быстры воды пробежали, Легкий ветер пролетел, Ах! и клятвы те умчали, Как ты верен быть хотел.Чаю, взор тот, взор приятный, Что был прежде мной прельщен, В разлучении со мною На иную обращен; И она те ж нежны речи Слышит, что слыхала я, Удержися, дух мой слабый, И крепись, душа моя!Мне забыть его не можно Так, как он меня забыл; Хоть любить его не должно, Он, однако, всё мне мил. Уж покою томну сердцу Не имею никогда; Мне прошедшее веселье Вображается всегда.Весь мой ум тобой наполнен, Я твоей привыкла слыть, Хоть надежды я лишилась, Мне нельзя престать любить. Для чего вы миновались, О минуты сладких дней! А минув, на что остались Вы на памяти моей.О свидетели в любови Тайных радостей моих! Вы то знаете, о птички, Жители пустыней сих! Испускайте глас плачевный, Пойте днесь мою печаль, Что, лишась его, я стражду, А ему меня не жаль!Повторяй слова печальны, Эхо, как мой страждет дух; Отлетай в жилища дальны И трони его тем слух.
Не гордитесь, красны девки
Александр Петрович Сумароков
Не гордитесь, красны девки, Ваши взоры нам издевки, Не беда. Коль одна из вас гордится, Можно сто сыскать влюбиться Завсегда. Сколько на небе звезд ясных, Столько девок есть прекрасных. Вить не впрямь об вас вздыхают, Всё один обман.
Лжи на свете нет меры
Александр Петрович Сумароков
Лжи на свете нет меры, То ж лукавство да то ж. Где ни ступишь, тут ложь; Скроюсь вечно в пещеры, В мир не помня дверей: Люди злее зверей.Я сокроюсь от мира, В мире дружба — лишь лесть И притворная честь; И под видом зефира Скрыта злоба и яд, В райском образе ад.В нем крючок богатится, Правду в рынок нося И законы кося; Льстец у бар там лестится, Припадая к ногам, Их подобя богам.Там Кащей горько плачет: «Кожу, кожу дерут!» Долг с Кащея берут; Он мешки в стену прячет, А лишась тех вещей, Стонет, стонет Кащей.
Жалоба (Мне прежде, музы)
Александр Петрович Сумароков
Мне прежде, музы, вы стихи в уста влагали, Парнасским жаром мне воспламеняя кровь. Вспевал любовниц я и их ко мне любовь, А вы мне в нежности, о музы! помогали. Мне ныне фурии стихи в уста влагают, И адским жаром мне воспламеняют кровь. Пою злодеев я и их ко злу любовь, А мне злы фурии в суровстве помогают.
Если девушки метрессы
Александр Петрович Сумароков
Если девушки метрессы, Бросим мудрости умы; Если девушки тигрессы, Будем тигры так и мы.Как любиться в жизни сладко, Ревновать толико гадко, Только крив ревнивых путь, Их нетрудно обмануть.У муринов в государстве Жаркий обладает юг. Жар любви во всяком царстве, Любится земной весь круг.
Жалоба (Во Франции сперва стихи)
Александр Петрович Сумароков
Во Франции сперва стихи писал мошейник, И заслужил себе он плутнями ошейник; Однако королем прощенье получил И от дурных стихов французов отучил. А я мошейником в России не слыву И в честности живу; Но если я Парнас российский украшаю И тщетно в жалобе к фортуне возглашаю, Не лучше ль, коль себя всегда в мученьи зреть, Скоряе умереть? Слаба отрада мне, что слава не увянет, Которой никогда тень чувствовать не станет. Какая нужда мне в уме, Коль только сухари таскаю я в суме? На что писателя отличного мне честь, Коль нечего ни пить, ни есть?
Всего на свете боле
Александр Петрович Сумароков
Всего на свете боле Страшитесь докторов, Ланцеты все в их воле, Хоть нет и топоров.Не можно смертных рода От лавок их оттерть, На их торговлю мода, В их лавках жизнь и смерть. Лишь только жизни вечной Они не продают. А жизни скоротечной Купи хотя сто пуд. Не можно смертных и проч. Их меньше гривны точка В продаже николи, Их рукописи строчка Ценою два рубли. Не можно смертных и проч.