Давыдову на приглашение ехать с ним морем на полуденный берег Крыма

Нельзя, мой толстый Аристип:
Хоть я люблю твои беседы,
Твой милый нрав, твой милый хрип,
Твой вкус и жирные обеды,

Но не могу с тобою плыть
К брегам полуденной Тавриды.
Прошу меня не позабыть,
Любимец Вакха и Киприды!

Когда чахоточный отец,
Немного тощей Энеиды [1]
Пускался в море наконец,
Ему Гораций, умный льстец,

Прислал торжественную оду,
Где другу Августов певец
Сулил хорошую погоду.
Но льстивых од я не пишу:

Ты не в чахотке, слава богу;
У неба я тебе прошу
Лишь аппетита на дорогу.