Стихи Блока короткие
581 стихотворение
Стихотворения автора Блок Александр Александрович из подборки «Короткие». Стихи других поэтов — на странице стихи короткие.
Встану я в утро туманное…
Встану я в утро туманное,
Туда, где небо с океаном…
Туда, где небо с океаном
Бегут неверные дневные тени…
С. Соловьеву
Есть минуты, когда не тревожит…
Есть минуты, когда не тревожит
Как тяжело ходить среди людей…
Как тяжело ходить среди людей
Тихая белая горница…
Тихая белая горница,
Ты из шопота слов родилась…
Ты из шопота слов родилась,
Я шел во тьме дождливой ночи…
Я шел во тьме дождливой ночи
В ночи, когда уснет тревога…
В ночи, когда уснет тревога,
Как сон, уходит летний день…
Как сон, уходит летний день,
Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене…
Мне снилась снова ты, в цветах, на шумной сцене,
Я жалобной рукой сжимаю свой костыль…
Я жалобной рукой сжимаю свой костыль.
Милый друг! Ты юною душою…
Милый друг! Ты юною душою
У берега зеленого на малой могиле…
У берега зеленого на малой могиле
Мне снилась смерть любимого созданья…
Мне снилось, что ты умерла.
Ты была светла до странности…
Ты была светла до странности
Вчера я слышал песни с моря…
Вчера я слышал песни с моря
Там неба осветленный край…
Там неба осветленный край
Небесное умом не измеримо…
Небесное умом не измеримо,
Белой ночью месяц красный…
Белой ночью месяц красный
С мирным счастьем покончены счеты…
С мирным счастьем покончены счеты,
Гроб невесты легкой тканью…
Гроб невесты легкой тканью
Я — Гамлет. Холодеет кровь…
Я — Гамлет. Холодеет кровь,
Я к людям не выйду навстречу…
Я к людям не выйду навстречу,
Ночь, улица, фонарь, аптека…
Ночь, улица, фонарь, аптека,
На лугу
Леса вдали виднее,
О, как безумно за окном…
Вы, бедные, нагие несчастливцы.
Сфинкс
Шевельнулась безмолвная сказка пустынь,
По городу бегал черный человек…
По городу бегал черный человек.
Дышит утро в окошко твое…
Дышит утро в окошко твое,
Какому богу служишь ты?..
Какому богу служишь ты?
Накануне XX века
Влачим мы дни свои уныло,
Ярким солнцем, синей далью…
Ярким солнцем, синей далью
Ты отошла, и я в пустыне…
Ты отошла, и я в пустыне
Аветик Исаакян. «Видит лань — в воде…»
Видит лань — в воде
Ты свята, но я тебе не верю…
Ты свята, но я Тебе не верю,
Аветик Исаакян. «Ночью в саду у меня…»
Ночью в саду у меня
Грустя и плача и смеясь…
Грустя и плача и смеясь,
Часовая стрелка близится к полно’чи…
Часовая стрелка близится к полно’чи.
Я стремлюсь к роскошной воле…
Там один и был цветок,
Печальная блеклая роза…
Печальная блеклая роза
Байрон. Подражание Тибуллу
Серинф жестокий! Ты ль неверным сердцем рад
Синеет день хрустальный…
Синеет день хрустальный;
Ты жил один! Друзей ты не искал…
Ты жил один! Друзей ты не искал
В эти желтые дни меж домами…
В эти желтые дни меж домами
Мы были вместе, помню я…
Мы были вместе, помню я…
Я искал голубую дорогу…
Я искал голубую дорогу
Близятся выборы в думу…
Близятся выборы в Думу:
Утро в Москве
Упоительно встать в ранний час,
Осенний вечер так печален…
Осенний вечер так печален;
Яблони сада вырваны…
Яблони сада вырваны,
Гроза прошла, и ветка белых роз…
Гроза прошла, и ветка белых роз
Я сегодня не помню, что было вчера…
Я сегодня не помню, что было вчера,
Dolor ante lucem (Предрассветная тоска (лат.))
Каждый вечер, лишь только погаснет заря,
Усталость
Кому назначен темный жребий,
Для меня возможны все желания…
Для меня возможны все желания,
Хрустальный твой бокал — и буря…
Хрустальный твой бокал — и буря
В неуверенном, зыбком полете…
В неуверенном, зыбком полете
Как океан меняет цвет…
Как океан меняет цвет,
Хранила я среди младых созвучий…
Хранила я среди младых созвучий
Две любви
Любви и светлой, и туманной
Я видел мрак дневной и свет ночной…
Я видел мрак дневной и свет ночной.
Байрон. Победа
Пою дитя любви, вождя войны кровавой,
Твой образ чудится невольно…
Твой образ чудится невольно
Не бойся умереть в пути…
Не бойся умереть в пути.
Поэт в изгнаньи и в сомненьи…
Поэт в изгнаньи и в сомненьи
Горит мой день, будя ответы…
Горит мой день, будя ответы
Моя сказка никем не разгадана…
Моя сказка никем не разгадана,
Сердито волновались нивы…
К.М.С.
Луна проснулась. Город шумный…
Луна проснулась. Город шумный
Слышу колокол. В поле весна…
Слышу колокол. В поле весна.
Уходит день. В пыли дорожной…
Уходит день. В пыли дорожной
Милый друг, и в этом тихом доме…
Милый друг, и в этом тихом доме
Дома растут, как желанья…
Дома растут, как желанья,
Тяжелый занавес упал…
Тяжелый занавес упал.
Утро брежжит. День грозит ненастьем…
Утро брежжит. День грозит ненастьем.
Ты — молитва лазурная…
Ты — молитва лазурная,
Они звучат, они ликуют…
Они звучат, они ликуют,
Медленно, тяжко и верно…
Медленно, тяжко и верно
Когда замрут отчаянье и злоба…
Когда замрут отчаянье и злоба,
Глушь родного леса…
Глушь родного леса,
Душа моя тиха. В натянутых струнах…
Душа моя тиха. В натянутых струнах
Она прекрасна — нет сомненья…
Она прекрасна — нет сомненья,
Ты горишь над высокой горою…
Ты горишь над высокой горою,
Что с тобой — не знаю и не скрою…
Что с тобой — не знаю и не скрою —
Есть чудеса за далью синей…
Есть чудеса за далью синей —
Город спит, окутан мглою…
Город спит, окутан мглою,
Моей матери («Чем больней душе мятежной…»)
Чем больней душе мятежной,
Золотит моя страстная осень…
Золотит моя страстная осень
Разверзлось утреннее око…
Разверзлось утреннее око,
Звезда полночная скатилась…
Звезда полночная скатилась
Как всегда, были смешаны чувства…
Как всегда, были смешаны чувства,
Скиталец задремал в пути…
Скиталец задремал в пути,
Мы шли заветною тропою…
Мы шли заветною тропою
Усни, пока для новой жизни…
Усни, пока для новой жизни
Сама судьба мне завещала…
Сама судьба мне завещала
Там, за далью бесконечной…
Там, за далью бесконечной,
Мы пойдем на «Зобеиду»…
Мы пойдем на «Зобеиду», —
О, я хочу безумно жить…
О, я хочу безумно жить:
Всюду ясность божия…
Всюду ясность божия,
Высо’ко с темнотой сливается стена…
Высоко с темнотой сливается стена,
Полюби эту вечность болот…
Полюби эту вечность болот:
Не презирайте, бога ради…
Не презирайте, бога ради,
Весенний день прошел без дела…
Весенний день прошел без дела
Не ты ль в моих мечтах, певучая, прошла…
Не ты ль в моих мечтах, певучая, прошла
Смычок запел. И облак душный…
Смычок запел. И облак душный
Кто-то шепчет и смеется…
Кто-то шепчет и смеется
По узким площадям ловил я тень девицы…
По узким площадям ловил я тень девицы,
Признак истинного чуда…
Признак истинного чуда
Байрон. Из дневника в Кефалонии
Встревожен мертвых сон — могу ли спать?
Аметист
Порою в воздухе, согретом
Ты отходишь в сумрак алый…
Ты отходишь в сумрак алый,
Поверь, и я, далекий света…
Поверь, и я, далекий света,
О, не просите скорбных песен!..
О, не просите скорбных песен!
Ходит, бродит, колобродит…
Ходит, бродит, колобродит
За городом в полях весною воздух дышит…
За городом в полях весною воздух дышит.
Жизнь — как море она — всегда исполнена бури…
Жизнь — как море она — всегда исполнена бури.
Ты страстно ждешь. Тебя зовут…
Ты страстно ждешь. Тебя зовут, —
Жена моя, и ты угасла…
Жена моя, и ты угасла,
К чему бесцельно охранять…
К чему бесцельно охранять
Успокоительны, и чудны…
Успокоительны, и чудны,
Пророк земли — венец творенья…
Пророк земли — венец творенья,
И мы подымем их на вилы…
И мы подымем их на вилы,
Я умирал. Ты расцветала…
Я умирал. Ты расцветала.
Моей матери («Друг, посмотри, как в равнине небесной…»)
Друг, посмотри, как в равнине небесной
Всю зиму мы плакали, бедные…
Всю зиму мы плакали, бедные.
Из царства сна выходит безнадежность…
Из царства сна выходит безнадежность —
Боец
Я облачился перед битвой
Мы преклонились у завета…
Мы преклонились у завета,
Внемлю голосу свободы…
Внемлю голосу свободы,
Андрею Белому
Ты открывал окно. Туман
Как мимолетна тень осенних ранних дней…
Как мимолетна тень осенних ранних дней,
Золотокудрый ангел дня…
Золотокудрый ангел дня
Вот река полноводнее…
Вот река полноводнее
Бесцельный путь синеет предо мной…
Бесцельный путь синеет предо мной,
Природы вечера могучей…
Природы вечера могучей
Не знаю тебя и не встречу…
Не знаю тебя и не встречу.
Окрай небес — звезда омега…
Окрай небес — звезда омега,
За туманом, за лесами…
За туманом, за лесами
Servus-reginae (Слуга царице (лат.))
Не призывай. И без призыва
Чудесно всё, что узнаю?..
Чудесно всё, что узнаю?
В городе колокол бился…
В городе колокол бился,
Аветик Исаакян. «Не глядись в черный взор…»
Не глядись в черный взор,
Вдали мигнул огонь вечерний…
Вдали мигнул огонь вечерний —
Над гладью озёрных огней…
Над гладью озёрных огней,
Ты так светла, как снег невинный…
Ты так светла, как снег невинный.
Завтра рассвета не жди…
Завтра рассвета не жди.
Л. Онерва. Не страшусь
Не страшусь, пускай могила
В минутном взрыве откровений…
В минутном взрыве откровений,
Ужасен холод вечеров…
Ужасен холод вечеров,
Сквозь серый дым от краю и до краю…
Сквозь серый дым от краю и до краю
Над этой осенью — во всем…
Над этой осенью — во всем
Она молода и прекрасна была…
Она молода и прекрасна была
Полна усталого томленья…
Полна усталого томленья,
За горами, за лесами…
За горами, за лесами,
Одинокий, к тебе прихожу…
Одинокий, к тебе прихожу,
На вас было черное закрытое платье…
На вас было черное закрытое платье.
Ожидание
Дни текут молчаливо,
Милая девушка, что ты колдуешь…
Милая девушка, что ты колдуешь
Есть демон утра. Дымно-светел он…
Есть демон утра. Дымно-светел он,
Зачем, зачем во мрак небытия…
Зачем, зачем во мрак небытия
После битвы
Я возвращусь стопой тяжелой,
При жолтом свете веселились…
При жолтом свете веселились,
Впечатления Рейна
Рейн — чудесная река,
Вербы — это весенняя таль…
Вербы — это весенняя таль,
Жду я холодного дня…
Жду я холодного дня,
О легендах, о сказках, о тайнах…
О легендах, о сказках, о тайнах.
Блеснуло в глазах. Метнулось в мечте…
Блеснуло в глазах. Метнулось в мечте.
Нет, я не отходил. Я только тайны ждал…
Нет, я не отходил. Я только тайны ждал
Взлетая к вышинам, орел покинул долы…
Взлетая к вышинам, орел покинул долы…
Повеселясь на буйном пире…
Моей матери
Не утоленная кровавыми струями…
Не утоленная кровавыми струями,
Седые сумерки легли…
Седые сумерки легли
Мы в круге млечного пути…
Мы в круге млечного пути,
Блаженный, забытый в пустыне…
Блаженный, забытый в пустыне,
Сегодня шла ты одиноко…
Сегодня шла Ты одиноко,
Погибло всё. Палящее светило…
Погибло всё. Палящее светило
Байрон. Подражание катуллу
Елене
На вечере в честь Л. Толстого
В толпе, родной по вдохновенью,
Я помню тихий мрак и холод с высоты…
Я помню тихий мрак и холод с высоты.
Прощались мы в аллее дальной…
Прощались мы в аллее дальной,
Аветик Исаакян. «В разливе утренних лучей…»
В разливе утренних лучей
Поэт, тебе ли покарать…
Поэт, тебе ли покарать
Я зол и слаб. Земное море…
Я зол и слаб. Земное море
Хоть всё по-прежнему певец…
Хоть всё по-прежнему певец
Увижу я, как будет погибать…
Увижу я, как будет погибать
Я сходил в стремнины горные…
Я сходил в стремнины горные,
В передзакатные часы…
В передзакатные часы
Твоя гроза меня умчала…
Твоя гроза меня умчала
Медленно в двери церковные…
Медленно в двери церковные
Я понял смысл твоей печали…
Я понял смысл твоей печали,
Душа ждала, но молчаливо…
Душа ждала, но молчаливо
Я ли пишу, или ты из могилы…
Я ли пишу, или ты из могилы
Мы в храме с тобою — одни, смущены…
Мы в храме с тобою — одни, смущены,
На весенний праздник света…
На весенний праздник света
Готов ли ты на путь далекий…
Готов ли ты на путь далекий,
Там сумерки невнятно трепетали…
Там сумерки невнятно трепетали,
Туман скрывает берег отдаленный…
Туман скрывает берег отдаленный.
И поздно, и темно. Покину без желаний…
И поздно, и темно. Покину без желаний
Здесь память волны святой…
Здесь память волны святой
В пути — глубокий мрак, и страшны высоты?..
В пути — глубокий мрак, и страшны высоты?
Ты не пленишь. Не жди меня…
Ты не пленишь. Не жди меня,
Та жизнь прошла…
Та жизнь прошла,
Я прокра’дусь ночью сонной…
Я прокра’дусь ночью сонной
В часы безмолвия ночного…
В часы безмолвия ночного
На серые камни ложилась дремота…
На серые камни ложилась дремота,
Аветик Исаакян. «Схороните, когда я умру…»
Схороните, когда я умру,
Когда же смерть? Я всё перестрадал…
Когда же смерть? Я всё перестрадал,
Не сердись и прости. Ты цветешь одиноко…
…и поздно желать,
Усталый от дневных блужданий…
Усталый от дневных блужданий
Песня за стеной
О, наконец! Былой тревоге
Смеялись бедные невежды…
Смеялись бедные невежды,
Ты хочешь знать мировоззренье…
Ты хочешь знать мировоззренье,
Какой-то вышний серафим…
Какой-то вышний серафим
Гашу огни моих надежд…
Гашу огни моих надежд.
Шиллер. Брут и цезарь (отрывок)
Цезарь
Ловлю я тонкий прах надежды…
Ловлю я тонкий прах надежды,
Я помню нежность ваших плеч…
Я помню нежность ваших плеч -
Гадай и жди
Гадай и жди. Среди полночи
Не пой ты мне и сладостно, и нежно…
Не пой ты мне и сладостно, и нежно:
Дохнула жизнь в лицо могилой…
Дохнула жизнь в лицо могилой —
Я знаю, смерть близка. И ты…
Я знаю, смерть близка. И ты
На небе зарево. Глухая ночь мертва…
На небе зарево. Глухая ночь мертва.
Ты с вершин печальных гор…
Ты с вершин печальных гор
Напрасно, дева, ты бежала…
Напрасно, дева, ты бежала,
Эскиз
Глаза младенчески открыты,
Пусть рассвет глядит нам в очи…
Пусть рассвет глядит нам в очи,
Гамаюн, птица вещая (картина В. Васнецова)
На гладях бесконечных вод,
Гадай и жди. Среди полно’чи…
Гадай и жди. Среди полночи
Ты не ушла. Но, может быть…
Ты не ушла. Но, может быть,
Здесь в сумерки в конце зимы…
Здесь в сумерки в конце зимы
Когда я прозревал впервые…
Когда я прозревал впервые,
Безрадостна бывает грусть…
Безрадостна бывает грусть,
За краткий сон, что нынче снится…
За краткий сон, что нынче снится,
Когда-нибудь, не скоро, вас я встречу…
Когда-нибудь, не скоро, Вас я встречу…
Я шел к блаженству. Путь блестел…
Я шел к блаженству. Путь блестел
Ты, отчаянье жизни моей…
Ты, отчаянье жизни моей,
Кольцо существованья тесно…
Кольцо существованья тесно:
Но прощай, о, прощай, человеческий род!..
Но прощай, о, прощай, человеческий род!
Не могу тебя не звать…
Не могу тебя не звать,
Отдавшись снежной вьюге…
Отдавшись снежной вьюге,
Тебя я встречу где-то в мире…
Тебя я встречу где-то в мире,
Ты не обманешь, призрак бледный…
К.М.С.
Всё на земле умрет — и мать, и младость…
Всё на земле умрет — и мать, и младость,
Аветик Исаакян. «Быстролетный и черный орел…»
Быстролетный и черный орел
Мне в душу просится былое…
Мне в душу просится былое…
На небесах горят ее престолы…
На небесах горят Ее престолы,
Блаженно ты, былое время…
Блаженно ты, былое время,
Всё, что в море покоит волну…
Всё, что в море покоит волну,
Всё тихо на светлом лице…
Всё тихо на светлом лице.
Сердце предано метели
Сверкни, последняя игла,
Священный голос ликовал…
Священный голос ликовал,
Рожь вокруг волновалась… и шелест стеблей…
Рожь вокруг волновалась… и шелест стеблей
Когда мы любим безотчетно…
Когда мы любим безотчетно
На небе — празелень, и месяца осколок…
На небе — празелень, и месяца осколок
Гейне. «Опять воскрешает мне память…»
Опять воскрешает мне память
Ты знаешь ли тайну свободы…
Ты знаешь ли тайну свободы
Подражание
Сновидец в розовой дреме?
Весна в реке ломает льдины…
Весна в реке ломает льдины
Так — одинокой, легкой тенью…
Так — одинокой, легкой тенью
Ловя мгновенья сумрачной печали…
Ловя мгновенья сумрачной печали,
Набросок
Надо мной гроза гремела,
Как старинной легенды слова…
Как старинной легенды слова,
Глухая полночь. Цепененье…
Глухая полночь. Цепененье
Байрон (отрывок)
Бесплодные места, где был я сердцем молод,
Мой монастырь, где я томлюсь безбожно…
Мой монастырь, где я томлюсь безбожно, —
Придут незаметные белые ночи…
Придут незаметные белые ночи.
Я думал, что умру сегодня к ночи…
Я думал, что умру сегодня к ночи,
Поэту
Я встретил вновь тебя, поэт.
Люблю я страсти легкий пламень…
Люблю я страсти легкий пламень
В часы вечернего тумана…
В часы вечернего тумана
Последний пурпур догорал…
Последний пурпур догорал,
Меня пытали в старой вере…
Меня пытали в старой вере.
Гейне. «Как луна дрожит на лоне…»
Как луна дрожит на лоне
И я, неверный, тосковал…
И я, неверный, тосковал,
Из ничего — фонтаном синим…
Из ничего — фонтаном синим
При посылке белой азалии
Вот они — белые звуки
Без меня б твои сны улетали…
Без Меня б твои сны улетали
Целый день — суета у могил…
Целый день — суета у могил.
Дитя! Твоим прозрачным словом…
Дитя! Твоим прозрачным словом
Последняя часть философской поэмы
Ты, о, Афина бессмертная
Ты много жил. Негодованье…
Ты много жил. Негодованье
Помните день безотрадный и серый…
Помните день безотрадный и серый,
Не отравляй души своей…
Не отравляй души своей
Предчувствую тебя. Года проходят мимо…
И тяжкий сон житейского сознанья
Усните блаженно, заморские гости, усните…
Усните блаженно, заморские гости, усните,
У забытых могил пробивалась трава…
С. Соловьеву
Я был весь в пестрых лоскутьях…
Я был весь в пестрых лоскутьях,
Ночь всё темней и благовонней…
Не называй ее небесной
Неомраченный дух прими для лучшей доли…
Неомраченный дух прими для лучшей доли
Мы подошли — и воды синие…
Мы подошли - и воды синие,
Народилась волна…
Народилась волна —
Покраснели и гаснут ступени…
Покраснели и гаснут ступени.
Отшедшим
Здесь тихо и светло. Смотри, я подойду
Я помню вечер. Шли мы розно…
Musa, mihi causas memora!
Темнеет небо. Туч гряда…
Темнеет небо. Туч гряда,
Скользкая жаба-змея, с мутно-ласковым взглядом…
Скользкая жаба-змея, с мутно-ласковым взглядом,
Я их хранил в приделе Иоанна…
Я их хранил в приделе Иоанна,
Разлетясь по всему небосклону…
Разлетясь по всему небосклону,
Не нарушай гармонии моей…
Не нарушай гармонии моей -
Любопытство напрасно глазело…
Любопытство напрасно глазело
В темной комнате ты обесчещена…
В темной комнате ты обесчещена,
Завтра с первым лучом…
Завтра с первым лучом
В голодной и больной неволе…
В голодной и больной неволе
Моя душа в смятеньи страха…
Моя душа в смятеньи страха
Я, изнуренный и премудрый…
Я, изнуренный и премудрый,
На юге Франции далекой…
На юге Франции далекой,
Как всякий год, ночной порою…
Как всякий год, ночной порою,
Курятся алтари, дымят паникадила…
Курятся алтари, дымят паникадила
Он уходил, а там глубоко…
Он уходил, а там глубоко
Мы странствовали с ним по городам…
Мы странствовали с Ним по городам.
Усталым душам вдруг сдается…
Усталым душам вдруг сдается,
Нет ни слезы, ни дерзновенья…
Нет ни слезы, ни дерзновенья.
У дверей
Я один шепчу заклятья,
Не доверяй своих дорог…
Не доверяй своих дорог
Я вышел. Медленно сходили…
Я вышел. Медленно сходили
Навстречу вешнему расцвету…
Навстречу вешнему расцвету
Где ты паришь теперь…
Где ты паришь теперь,
Он занесен — сей жезл железный…
Он занесен — сей жезл железный —
Стремленья сердца непомерны…
Стремленья сердца непомерны,
До новых бурь, до новых молний…
До новых бурь, до новых молний
Я жалок в глубоком бессильи…
Я жалок в глубоком бессильи,
В своих мы прихотях невольны…
В своих мы прихотях невольны,
Снова ближе вечерние тени…
Снова ближе вечерние тени,
Была ты всех ярче, верней и прелестней…
Была ты всех ярче, верней и прелестней,
Сны безотчетны, ярки краски…
Для солнца возврата нет.
Моей матери («Спустилась мгла, туманами чревата…»)
Спустилась мгла, туманами чревата.
Над синевой просторной дали…
Над синевой просторной дали
Вы жизнь по-прежнему нисколько…
Вы жизнь по-прежнему нисколько
Протекли за годами года…
Протекли за годами года,
Мне сердце режет каждый звук…
Мне сердце режет каждый звук.
Просыпаюсь я — и в поле туманно…
Просыпаюсь я — и в поле туманно,
Вот снова пошатнулись дали…
Вот снова пошатнулись дали,
Восходишь ты, что строгий день…
Восходишь ты, что строгий день
Кошмар
Я проснулся внезапно в ночной тишине,
Из Бодлэра
Посмотри на альбатроса,
Мы проснулись в полном забвении…
Мы проснулись в полном забвении —
Грустно и тихо у берега сонного…
Грустно и тихо у берега сонного
Поздно. В окошко закрытое…
Поздно. В окошко закрытое
Пристань безмолвна. Земля близка…
Пристань безмолвна. Земля близка.
Не презирай воспоминаний…
Не презирай воспоминаний, —
Ранний час. В пути незрима…
Ранний час. В пути незрима
Ночью вьюга снежная…
Ночью вьюга снежная
Не затем величал я себя паладином…
Не затем величал я себя паладином,
В серебре росы трава…
В серебре росы трава.
Когда-то долгие печали…
Когда-то долгие печали
Ищи разгадку ожиданий…
Ищи разгадку ожиданий
В фантазии рождаются порою…
В фантазии рождаются порою
В чужбину по гудящей стали…
В чужбину по гудящей стали
В те целомудренные годы…
В те целомудренные годы
Шар раскаленный, золотой…
Борису Садовскому
О, не смотри в глаза мои с укором…
О, не смотри в глаза мои с укором,
Сегодня в ночь одной тропою…
Сегодня в ночь одной тропою
Кто заметил огненные знаки…
Кто заметил огненные знаки,
Неизмеримость гасит лу’ны…
Неизмеримость гасит луны,
Сомкни уста. Твой голос полн…
Сомкни уста. Твой голос полн
Душа! Когда устанешь верить?..
Душа! Когда устанешь верить?
Никто не умирал. Никто не кончил жить…
Никто не умирал. Никто не кончил жить.
К ногам презренного кумира…
К ногам презренного кумира
Сквозь винный хрусталь
В длинной сказке
Она ждала и билась в смертной муке…
Она ждала и билась в смертной муке.
Кто плачет здесь? На мирные ступени…
Кто плачет здесь? На мирные ступени
Прошедших дней немеркнущим сияньем…
Прошедших дней немеркнущим сияньем
Мы отошли — и тяжко поднимали…
Мы отошли — и тяжко поднимали
Для исполнения программы…
Для исполнения программы
От знающего почерк ясный…
От знающего почерк ясный
Глухая странность бытия…
Глухая странность бытия
Нас старость грустная настигнет без труда…
Нас старость грустная настигнет без труда,
Догорай, не узнавая…
Догорай, не узнавая,
День таит в себе часы…
День таит в себе часы
Мне странно. Столько долгих лет…
Мне странно. Столько долгих лет
Артистке
Позволь и мне сгорать душою,
Многое замолкло. Многие ушли…
Многое замолкло. Многие ушли.
Мы всё простим — и не нарушим…
Мы всё простим — и не нарушим
Надежды трепетной моей…
Надежды трепетной моей,
Если хочешь ты лимону…
Если хочешь ты лимону,
Гейне. «Альянс священный прочно…»
Альянс священный прочно
Озарен таинственной улыбкой…
Озарен таинственной улыбкой
В дрожащем эфире…
В дрожащем эфире
Отзвучала гармония дня…
Отзвучала гармония дня —
Мчит меня мертвая сила…
Мчит меня мертвая сила,
Как любовно сплетал я тончайшую сеть!..
Как любовно сплетал я тончайшую сеть!
Как сон молитвенно-бесстрастный…
Как сон молитвенно-бесстрастный,
Табор шел. Вверху сверкали звезды…
Цыгане шумною толпой
Гораций. «Милая дева, зачем тебе знать, что? Жизнь нам готовит…»
Милая дева, зачем тебе знать, что жизнь нам готовит,
О, презирать я вас не в силах…
О, презирать я вас не в силах,
Ночи стали тоскливее…
Ночи стали тоскливее,
Гейне. «Своим письмом напрасно…»
Своим письмом напрасно
Пора вернуться к прежней битве…
Пора вернуться к прежней битве,
Аветик Исаакян. «Да, я знаю всегда — есть чужая страна…»
Да, я знаю всегда — есть чужая страна,
Голос («Чей-то обманчивый голос поет…»)
Чей-то обманчивый голос поет,
Мы устали. Довольно. Вперед и вперед…
И влекла меня жажда безумная
Поклонник эллинов — я лиру забывал…
Поклонник эллинов — я лиру забывал,
Madonna da Settignano
Встретив на горном тебя перевале,
Я никогда не понимал…
Я никогда не понимал
Синие горы вдали…
Синие горы вдали -
Смотри приветно и легко…
Смотри приветно и легко
Я был невенчан. Премудрость храня…
Я был невенчан. Премудрость храня,
Я — меч, заостренный с обеих сторон…
Я — меч, заостренный с обеих сторон.
Отворяются двери — там мерцанья…
Отворяются двери — там мерцанья,
Когда толпа вокруг кумирам рукоплещет…
К добру и злу постыдно равнодушны,
Я бремя похитил, как тать…
Я бремя похитил, как тать,
«Обыкновенная» сегодня в духе…
«Обыкновенная» сегодня в духе:
Аветик Исаакян. «От алой розы, розы любви…»
От алой розы, розы любви,
Когда кончается тетрадь моих стихов…
Когда кончается тетрадь моих стихов,
Гейне. «Когда-то в этом зале…»
Когда-то в этом зале
Напрасно я боролся с богом…
Напрасно я боролся с богом.
Всё бесконечней, всё хрустальней…
Всё бесконечней, всё хрустальней
Подумай о подземном шуме…
Подумай о подземном шуме.
Ночь. Город угомонился…
Ночь. Город угомонился.
Проходил я холодной равниной…
Проходил я холодной равниной,
В часы недавнего паденья…
В часы недавнего паденья
Порою вновь к твоим ногам…
Порою вновь к твоим ногам
Скрипка стонет под горой…
Скрипка стонет под горой.
Если только она подойдет…
Если только она подойдет —
Карпани. In questa tomba oscura laschia mi riposar…
В этой мрачной гробнице,
Прощай. В последний раз жестоко…
Прощай. В последний раз жестоко
Порою мне любовь сулят…
Порою мне любовь сулят
Испытанный, стою на грани…
Испытанный, стою на грани.
Нет конца лесным тропинкам…
Нет конца лесным тропинкам.
Глухая полночь медленный кладет покров…
Глухая полночь медленный кладет покров.
Утомленный, я терял надежды…
Утомленный, я терял надежды,
Отрекись от любимых творений…
Отрекись от любимых творений,
Песня Офелии («Разлучаясь с девой милой…»)
Разлучаясь с девой милой,
Ты ли это прозвучала…
Ты ли это прозвучала
Байрон. На рождение Джона Вильяма Риццо Гопнера
Пусть прелесть матери с умом отца
Люблю. начертаны святые письмена…
Люблю. Начертаны святые письмена,
Мы все уйдем за грань могил…
Мы все уйдем за грань могил,
Я брошусь в черный день со скал…
Я брошусь в черный день со скал
Ветер хрипит на мосту меж столбами…
Ветер хрипит на мосту меж столбами,
Ночь теплая одела острова…
Ночь теплая одела острова.
Снова иду я над этой пустынной равниной…
Снова иду я над этой пустынной равниной.
Гейне. «Вот май опять повеял…»
Вот май опять повеял,
Ты не научишь меня проклинать…
Ты не научишь меня проклинать,
О, не тебя люблю глубоко…
О, не тебя люблю глубоко,
Ночь грозой бушевала, и молний огни…
Ночь грозой бушевала, и молний огни
Голубые ходят ночи…
Голубые ходят ночи,
Когда докучливые стоны…
Когда докучливые стоны
Всё, чем дышал я…
Всё, чем дышал я,
Не поймут бесскорбные люди…
Не поймут бесскорбные люди
Облит последними лучами…
Облит последними лучами,
Есть много песен в светлых тайниках…
Есть много песен в светлых тайниках
Ты простерла белые руки… (Подражание Вал. Брюсову)
Ты простерла белые руки
7-8 Ноября 1902 года
Осанна! Ты входишь в терем!
Ты прошла голубыми путями…
Ты прошла голубыми путями,
Проходишь ты в другие дали…
Проходишь ты в другие дали,
Серебристым, снежным хмелем…
Серебристым, снежным хмелем
Деве-революции
О, Дева, иду за тобой —
Дельвигу
Ты, Дельвиг, говоришь: минута — вдохновенье,
Молодая луна родилась…
Молодая луна родилась
Тяжко нам было под вьюгами…
Тяжко нам было под вьюгами
Ночью сумрачной и дикой…
Ночью сумрачной и дикой —
Чем больше хочешь отдохнуть…
Чем больше хочешь отдохнуть,
Наступает пора небывалая…
Наступает пора небывалая.
В ночи, исполненной грозою…
В ночи, исполненной грозою,
Пока спокойною стопою…
Пока спокойною стопою
Enjambements
Давид Самуилыч! Едва
Была и страсть, но ум холодный…
Была и страсть, но ум холодный
Буду всегда я по-прежнему молод нетленной душою…
Буду всегда я по-прежнему молод нетленной душою.
В ночь молчаливую чудесен…
В ночь молчаливую чудесен
Среди поклонников Кармен…
Среди поклонников Кармен,
Ты — злая колдунья. Мой вечер в огне…
Ты — злая колдунья. Мой вечер в огне —
Аветик Исаакян. «Снилось мне — у соленой волны…»
Снилось мне — у соленой волны,
Аветик Исаакян. «Был на Аразе у меня Баштан…»
Был на Аразе у меня баштан —
Я мог бы ярче просиять…
Я мог бы ярче просиять,
Стою у власти, душой одинок…
Стою у власти, душой одинок,
Я — тварь дрожащая. Лучами…
Я — тварь дрожащая. Лучами
На могиле друга
Удалены от мира на кладбище,
Не венчал мою голову траурный лавр…
Не венчал мою голову траурный лавр
Молитву тайную твори…
Молитву тайную твори —
Ты помнишь — в лодке в час заката…
Ты помнишь — в лодке в час заката
Неведомому богу
Не ты ли душу оживишь?
Один порыв — безвластный и плакучий…
Один порыв — безвластный и плакучий,
Скажи мне, лигия, в каком краю далеком…
Скажи мне, Лигия, в каком краю далеком
Сбежал с горы и замер в чаще…
Сбежал с горы и замер в чаще.
Бушует снежная весна…
Бушует снежная весна.
Ты дышишь жизнью! О, как я к тебе влеком…
Ты дышишь жизнью! О, как я к тебе влеком…
Неправда, неправда, я в бурю влюблен…
Неправда, неправда, я в бурю влюблен,
И нам недолго любоваться…
И нам недолго любоваться
Я недаром боялся открыть…
Я недаром боялся открыть
Милая дева! Когда мы про тайны мирские…
Милая дева! Когда мы про тайны мирские
Замерла береговая песня…
Замерла береговая песня;
Теряет берег очертанья…
Теряет берег очертанья.
Мы шли на Лидо в час рассвета…
Мы шли на Лидо в час рассвета
Входите все. Во внутренних покоях…
Входите все. Во внутренних покоях
Как из сумрачной гавани…
Как из сумрачной гавани,
Муза в уборе весны постучалась к поэту…
Муза в уборе весны постучалась к поэту,
Мы отошли и стали у кормила…
Мы отошли и стали у кормила,
Гейне. «Гуляю меж цветами…»
Гуляю меж цветами
Месяц вышел, солнца нет…
Месяц вышел, солнца нет,
Я шел во тьме к заботам и веселью…
Тоску и грусть, страданья, самый ад,
Гейне. «Только платьем мимоходом…»
Только платьем мимоходом
Прости. Я холодность заметил…
Прости. Я холодность заметил
Земное сердце стынет вновь…
Земное сердце стынет вновь,
Зарево белое, желтое, красное…
Зарево белое, желтое, красное,
Я и мир — снега, ручьи…
Я и мир — снега, ручьи,
Распаленная зноем июльская ночь…
Распаленная зноем июльская ночь…
Мы оба влюблены в один и тот же сон…
Мы оба влюблены в один и тот же сон,
Былая жизнь, былые звуки…
Былая жизнь, былые звуки,
И были при последнем издыханьи…
…И были при последнем издыханьи.
Или устал ты до времени…
Или устал ты до времени,
В сумерки девушку стройную…
В сумерки девушку стройную
Боги гасят небосвод…
Боги гасят небосвод.
Хоронил я тебя, и, тоскуя…
Хоронил я тебя, и, тоскуя,
Вот она — в налетевшей волне…
Вот она — в налетевшей волне
Везде — над лесом и над пашней…
Везде — над лесом и над пашней,
Вечер мой в красном огне…
Вечер мой в красном огне.
Вечерний свет заутра снова…
Вечерний свет заутра снова
Фьезоле
Стучит топор, и с кампанил
По православному
Ты не получишь воздаянья,
Я вижу блеск, забытый мной…
Я вижу блеск, забытый мной,
Я ношусь во мраке, в ледяной пустыне…
Я ношусь во мраке, в ледяной пустыне,
Ты — божий день. Мои мечты…
Ты — божий день. Мои мечты —
Стоит ли вечно томиться…
Стоит ли вечно томиться,
Полон визга веретен…
Полон визга веретен
Ты хочешь царствовать поныне…
Ты хочешь царствовать поныне,
Мне страшно. Чую приближенье…
Мне страшно. Чую приближенье
Была пора — в твоих глазах…
Была пора - в твоих глазах
Мне трижды дано воспрянуть…
Мне трижды дано воспрянуть
И снова подхожу к окну…
И снова подхожу к окну,
В море одна лишь волна — быстротечная…
В море одна лишь волна — быстротечная.
Голоса скрипок
Из длинных трав встает луна
Ушли в туман мечтания…
Ушли в туман мечтания,
Когда смыкаешь ты ресницы…
Когда смыкаешь ты ресницы,
Меня бессонница томила…
Меня бессонница томила, —
Старые письма
Вот они, грустные, полные страсти
Один среди вас, но родной, но чужой…
Один среди вас, но родной, но чужой,
Кто-то вздохнул у могилы…
Кто-то вздохнул у могилы,
Влюбленность («И опять твой сладкий сумрак, влюбленность…»)
И опять твой сладкий сумрак, влюбленность.
Сегодня образ твой чудесен…
Сегодня образ твой чудесен —
Мы — чернецы, бредущие во мгле…
Мы — чернецы, бредущие во мгле,
При посылке роз
Смотрел отвека бог лукавый
Гейне. Пролог
Чуть не в каждой галерее
Ходит месяц по волне…
Ходит месяц по волне,
Я кую мой меч у порога…
Я кую мой меч у порога.
Ловлю дрожащие, хладеющие руки…
Ловлю дрожащие, хладеющие руки;
Чулков „Одною ночью“ занят…
Чулков «Одною ночью» занят,
Скрипка стонет
Скрипка стонет под горой.
Мысли мои утопают в бессилии…
Мысли мои утопают в бессилии.
Когда с безжалостным страданьем…
Когда с безжалостным страданьем
Вот девушка, едва развившись…
Вот девушка, едва развившись,
Мы не торопимся заране…
Мы не торопимся заране
Благоуханных дней теченье…
Благоуханных дней теченье
Внемля зову жизни смутной…
Внемля зову жизни смутной,
Памяти А.А. Фета
Выйдем тихонько бродить
Перуджия
День полувеселый, полустрадный,
Ты уходишь от земной юдоли…
Ты уходишь от земной юдоли,
Почиет в мире Теодорих…
Почиет в мире Теодорих,
Когда я одинок и погружен в молчанье…
Когда я одинок и погружен в молчанье,
Тянет ветром от залива…
Тянет ветром от залива,
О легендах, о сказках, о мигах…
О легендах, о сказках, о мигах:
Аветик Исаакян. «Издалека в тиши ночной…»
Издалека в тиши ночной
Аветик Исаакян. «Я увидел во сне: колыхаясь, виясь…»
Я увидел во сне: колыхаясь, виясь,
Знаю, бедная, тяжкое бремя…
Смерть и время царят на земле —
Целый день передо мною…
Целый день передо мною,
После дождя
Сирени бледные дождем к земле прибиты…
Сладко найти нам звезду…
Сладко найти нам звезду.
Восходя на первые ступени…
Восходя на первые ступени,
Ныне, полный блаженства…
Ныне, полный блаженства,
В небе — день, всех ночей суеверней…
В небе — день, всех ночей суеверней,
Уже бесстрашный и свободный…
Уже бесстрашный и свободный
Ты — думы вечной, вдохновенной…
Ты — думы вечной, вдохновенной
Ты — буйный зов рогов призывных…
Ты — буйный зов рогов призывных,
У окна не ветер бродит…
У окна не ветер бродит,
Усталый ветер в камышах шептал…
Усталый ветер в камышах шептал
Скрипнула дверь. Задрожала рука…
Скрипнула дверь. Задрожала рука.
Бедная, клонишься ты…
Бедная, клонишься ты
Сбылось пророчество мое…
Сбылось пророчество мое:
Часто в мысли гармония спит…
Часто в мысли гармония спит
Под вечер лет с немым вниманьем…
Под вечер лет с немым вниманьем
По зеленым обрывам…
По зеленым обрывам
Вот он — ветер…
Вот он — ветер,
Уже бледнеет день прощальный…
Уже бледнеет день прощальный.
Гейне. «Тихо сердца глубины?..»
Тихо сердца глубины?
Я прихожу к тебе не дважды…
Я прихожу к тебе не дважды,
Ты далека, как прежде, так и ныне…
Ты далека, как прежде, так и ныне,
Хотел я, воротясь домой…
Хотел я, воротясь домой,
Чулков и я стрелой амура…
Чулков и я стрелой амура
Посвящение
Встали надежды пророка —
Аветик Исаакян. «Под алмазным венцом…»
Под алмазным венцом
Разбушуются бури, прольются дожди…
Разбушуются бури, прольются дожди,