Мы истомились в безмерности…

Мы истомились в безмерности.
Вот мои песни — и дни.
Речи задумчивой верности —
Не сочтены ли они?

Нет. Еще всё не измерено.
Всё еще чую красу.
Знамя блаженства потеряно.
Я отыскал — и несу!

Страшные клятвы победные,
Невероятные сны.
Звуки могучие, медные,
Стоны моей глубины!

Что же? В последнем пылании
Ярче и громче обман!
Если не будет свидания, —
Пусть пролетит ураган!

Облако! Тени придвинулись!
Вот — бездыханность близка.
Мы над землей опрокинулись,
Нам промечтались века!..

Дева! Астарта! Невнятное!
Близко — и весело там!
Ах! Стережет необъятное.
Вот он — белеющий храм!..

О, неизбежное, милое…
О, Лучезарная, Ты?
Над незарытой могилою
Как побелели цветы!

Крики умолкли. В смятении
Нам промечтались века…
Смерть ли? О, нет, об успении
Дума уже высока…

Всё отступило из времени.
Сила пределов мертва.
Память проклятого семени
Смыла Иная Молва.

Где вы, обильные матери
С грудью Сидонских богинь?
Пламень, бушующий в кратере,
Гибель цветущих пустынь?!

Знаменье — риза струящая
Неиссякающий свет.
Это — Жена восходящая —
Поздний, но верный ответ.

21 июня 1902